Потасовка закончилась, как и партия противников, но сзади я слышала лязг и крики на чужом диалекте. Забрав «добычу», я отдала амулет Ливане, которая безропотно приняла окровавленный «дар». Рейдар странно посмотрел на меня, но разговаривать было некогда. Мы припустили к выходу.
— Ты в порядке? — услышала я беспокойство Йена за Лив. Та всклокоченно кивнула. Большие глаза эртонки походили на два блюдца, а в руке она судорожно сжимала «подарок».
У самых ворот по-простому мужчины огрели не ожидавших атаки охранников по голове рукоятью меча. Прямо рядом стояли вольеры с животиной, которые напоминали больших уродливых круглобоких ящериц. Они смрадно пахли, особенно для собачьего нюха. И я повела своих друзей к животным. Похоже, кроме Лисхана на таких никто не ездил.
— Как ими управлять?! — заверещала Ливана, когда «скотина» не ответила на команду.
Йен разбил ограду и хлестнул стадо, чтобы они разбежались в сторону джунглей. И, на наше счастье, зверюга была охоча до воли.
— Просто! — Лис натянул повод и поцокал языком, чтобы набрать скорость, а для большей убедительности ткнул носком ботинка за ухо. Я бежала уже на пригорке и за мной вытягивались ребята, уже не споря и следуя собачьему пути. Когда я оказалась около своего тела, со всей силы дала импульс на «выход». Но… ничего не вышло! Морлок! Еще раз! И опять нет. Я рассудила, что стоит оставить затею, сейчас время нужно экономить, чтобы не получить стрелу в зад! Стала прыгать и задирать голову, лаять и скрести ствол. «Надеюсь, они поймут» — подумала я. А Лисхан, что ехал впереди, посмотрел на меня сначала с недоумением.
— Придумал же ты, пес! — ругнулся, но благоразумно полез по направлению, ведь общаться с животным, которое может сказать разве что «гав», как минимум странно. Все равно не поймешь.
— Спятил, Шан?! Надо уносить ноги! — крикнул Йен, ехавший вторым, и оглянулся на город, что пришел в оживлении. Новость о сбежавших заключенных разносилась быстро. И, скорее всего, сейчас они пытаются собрать животину, а вторые уже лезут в нашу сторону по склону.
— Эта псина спасла нас! Не верю, что говорю это, но… думаю стоит сделать то, что он просит! — прокричал Шан и его лицо вытянулось, когда гольд долез доверху.
— Неожиданно… — прокомментировал он находку.
— Что там?! — обогнул Рейдар колонну по расширившемуся ходу, который легко протаранила зверюга, даже я бы сказала, подмяла джунгли под себя.
— Сюрприз! — крякнул Лис и поднял мое тело на руки.
— Эверис! — пискнула Ливана и зажала ладошкой рот. — Что с ней?!
— Жива! — только и ответил гольд, прислушавшись к грудной клетке.
Фрейгхерд подъехал на животном и встал на его спину точно акробат в цирке ездовых виверн.
— Давай сюда! — крикнул дэрн.
Послышались крики сзади.
— Ребята, нам пора! — подгонял нас Йен.
А я, не зная, как поступить попросилась к Шану на зверя.
— А ты куда? — удивился он выверту. Пришлось заскрести лапами по звериному боку и даже подпрыгнуть. Ящер недовольно рыкнул на меня, но достаточно спокойно. — Ладно, странное создание. Иди сюда! — подтянул он меня за шкирку и пришпорил ездовую зверюгу носком сапога, подгоняя цыканьем, обхватив меня одной рукой.
По джунглям мы неслись как оголтелые несколько чесов. Меня начало мутить уже через пару. А когда день перевалил далеко за послеобеденное время, то звуки погони поутихли. Уверена, воины страстно желали расправы, но коварные «пришельцы» оказались довольно проворными.
Ребята не рискнули останавливаться, даже когда звуки стихли и только в глубоких сумерках притормозили около реки. Шан спустил меня вниз, и я, криво перебирая затекшими лапами, припустила в кусты. Когда вернулась, мужчины и Ливана прямо в одежде забрались в прохладную реку, которая имела начало где-то в горах Усть-Альта, что огибали дикий лес. Между двух пиков виднелся разлом, который являлся своеобразной границей-проходом в Адарию. Нам нужна была помощь. И я, кажется, знала уже, где следовало ее найти. Похоже пока меня не было, кто-то из мужчин распалил огонек и, напившись пресной воды после отчаянной гонки, я легла рядом с собой и попыталась вернуться назад. Расслабилась, долго себя гипнотизировала, но проекция моего сознания отказывалась отделяться от собачьего тела. Вот же гадство!
Шан выбрался из реки первым и, стянув мокрую рубаху с крепкого тела, стал методично ее отжимать. А когда закончил, то по затылку меня потрепала мокрая рука гольда. Я возмущенно на него посмотрела. И утробно зарычав, рявкнула.