Поднялась на вытянутых локтях и зачем-то потрогала макушку. Тишину разрезал низкий до дрожи знакомый и одновременно не знакомый голос:
— Он в ванной. — произнес он на росском диалекте.
— Что? — спросила на дэрнском прежде, чем подумала. Голос с хрипотцой царапнул слух своей непривычностью.
— Парик. — перешел он на свой родной. Мне показалось или это была едва уловимая усмешка?
Я непроизвольно сглотнула, потому что не рассчитывала на такой расклад. Вернее, не была к нему готова во все. Я была готова лезть через Эйдерский хребет и Стихии еще знают куда, но не ко встрече с бывшим супругом, который, узнав меня в лицо, оставил за решеткой.
Рейдар сверлил меня взглядом, и синева глаз внезапно опустилась ниже уровня шеи, что неожиданно для меня самой распалило румянец на щеках. Хорошо, что в темноте было не видно. Я поспешила запахнуть слегка разошедшийся ворот махрового халата. Синего. Странная картина вспыхнула словно видение из прошлой жизни и его слова: «Запахни халат, Риса».
— Ты изменилась. — голос разрезал мои мысли и завывания бури.
— Разве? — решила прекратить мимикрию. А пульс внезапно опять поднялся, звуча где-то совсем рядом и оглушительно громко.
— Да. Стала… — он на секунду задумался. — Жестче.
Я вскинула бровь, не очень понимая, о чем это он, и одновременно обвела комнату взглядом. Переключила внимание. Странно. Куда она пропала? Пришлось встать. Подошла к кушетке у стены под внимательным взглядом глаз цвета льда.
— Тут была моя одежда. — тыкнула я для наглядности, немного нервничая. Что он задумал?
Северянин по-особенному поднялся с кресла. Как обычно делает важный господин. Хотя в целом, он действительно являлся хозяином положения. С этим не поспоришь.
— Она грязная. Не могу же я допустить, чтобы моя бывшая… воскресшая супруга ужинала в дорожной одежде. — фраза прозвучала с явной кислотой на зубах и с паузой в нужном месте.
— Даже ужином накормишь? — изумилась невиданной щедрости.
— Честно говоря, в первую минуту хотелось вышвырнуть тебя из страны. Но, на удивление, у тебя еще остались друзья. — хмыкнул он. А я продолжала смотреть на него, предоставляя собеседнику возможность дополнить скудность имеющихся данных. «Вышвырнуть» — вот значит как.
— Йен узнал тебя в камере и был впечатлен до такой степени, что даже поручился за «незнакомую» девицу под именем Тира Торнсон. — интонация у дэрна была такой на слове «поручился», что и морлоку будет понятно, где он видел бывшую супругу, пусть даже магически возродившуюся.
— И это я стала жестче? — горькая усмешка вышла сама собой. Я-то грешным образом подумала, что Рейдар выше старых ран. Все же стражий участок не самое приятное место, особенно в чужой стране. Но как показывает практика иногда шрамы болят глубже свежих ранений.
— Разве нет? — ответил мне любимейшим мною образом.
— У меня есть вопросы. — проигнорировала его реплику, разглядывая крошечную статую феникса на консоли. Похожая птица была у меня на часах. Когда-то. Поймала себя на мысли, что в свете последних лет я сама стала фениксом — восставшей из пепла.
— Разумеется. Ты всегда была любопытной. Спускайся.
— Даже дверь откроешь? — не преминула подколоть, но он проигнорировал шпильку. А я поспешила добавить:
— Ты забрал одежду, оставив мне халат? — удивилась его логике, сложив руки на груди, но поспешила их убрать оттуда, а то ворот все же расходился. Халат явно был на мужское плечо.
Он не успел ответить, как в комнату постучались, и тут же невысокая полная дама в переднике и чепце внесла коробку и удалилась с каменным лицом.
Я вскинула брови, мимикой показывая, что я не владею ментальной магией такого уровня.
— Платье. Не благодари. — сухо прокомментировал дэрн.
— Хорошо. Не благодарю. — не осталась в долгу я.
Наши взгляды встретились. Но задерживаться более он не стал, закрыв дверь с той стороны. И я неожиданно выдохнула, оказывается, этот мужчина немыслимым образом заставлял чувствовать себя иначе, словно все маски срывались, и я оставалась абсолютной нагой, без возможности скрыться, защитить то, что осталось от меня.
В коробке оказалось парчовое серебристое платье с затейливым этническим узором севера. Изделие было диво как хорошо, если бы не рукава три четверти, что словно издевкой открывали запястье и метку, открывшуюся после ванной из-под грима. Выцветший геометрический рисунок напоминал узоры на платье. А моя сумка с зельем осталась в старом городе Тронхейма.