Неуклюже, но всё же стараясь шуметь поменьше, спустился из своего укрытия вниз. Попутно отметил, что ссадины и ушибы болели гораздо меньше, не знаю, дело ли тут в закалённом и очищенном от примесей теле или трава помогла. Отойдя от дерева на несколько шагов замер. Лёгкий шорох в подлеске спереди сообщил о том, что приближается кто-то массивный, идущий нагло, без опаски.
Жаль, никакого толкового оружия так и не припас, но ничего, и костыль сгодится.
Кусты раздвинулись, и на меня вышло массивное существо, смутно напоминающее лохматую четырёхглазую лошадь, только ниже и шире, с огромным рогом посередине лба и кошачьими лапами с когтями. Нос зверя шумно дёрнулся, и он вперил в меня голодный взгляд, слишком умный для обычного животного. Существо словно поняло, что выследило совсем не ту пищу, которую искало. Не выйдет полакомиться ядром, а лишь набить утробу мясом.
Я стоял молча и неподвижно. За время странствий немного наловчился определять ранг зверей по внешним признакам, и понимал, что противник не ниже зелёного или близко к нему. Существо высунуло раздвоенный змеиный язык и, оскалив пасть, полную очень мелких, но острых и загнутых вовнутрь зубов, приблизилось на пару шагов. Голова зверя часто склонялась из стороны в сторону, а нос втягивал воздух всё быстрее. Наконец, тот решил, что для сегодняшней охоты и простого мяса достаточно.
Удалось уловить миг, когда монстр слегка присел на задние лапы, готовясь к прыжку. В тот же миг резко упал на спину и, когда тот пролетал надо мной, ударил сдвоенными ногами и вскользь ткнул своим костылём. Удачно попал, выбив ему один из глаз, а от удара в живот его кувыркнуло в воздухе и он не успев развернуться грохнулся спиной о молодое деревце, переломив то пополам.
Порадоваться не успел. Даже шкуру не разодрал, так, мех содрался да и только. Оставшиеся глаза вспыхнули лиловым, и на кончиках клыков заплясали оранжевые языки пламени. Не дожидаясь удара техникой, метнул свой костыль как копьё, угодив зверю прямо в пасть, отчего техника сорвалась, а он заверещал от ожога меридианов. Мне ли не знать, что бывает от неудачной, сорвавшейся атаки, когда эссенция, вместо того чтобы вырваться наружу, проливается во внутрь, в каналы.
Радовался я недолго. Зверь вновь призвал аспект Огня и, испепелив костыль-дротик, медленно начал сближаться. И хоть это слабо походило на то, что испытывал во время Искуса Инициации, проходя испытание Пламенем, но всё равно тело покрылось испариной, а одежда начала тлеть.
Жаль, Луолан не может ответить, сейчас можно было бы нашей привычной фразой перекинуться. Попрощаться с ним. После тех слов нам всегда везло и Небо было благосклонно, присылая помощь. Сейчас же я один, и молить о пощаде, бежать или надеяться на кого-то — бессмысленно. Сейчас нет рядом Луолана, Комацу, Кейхас или Зормы…
От сложившейся ситуации меня разобрал смех, а затем душу заполонила ярость. Никакого передыха! Куда не пойду, чем не займусь, всюду обречён на встречу с превосходящим противником или обстоятельствами. Когда-нибудь достигну вершины? Смогу превзойти врага и сам диктовать условия?
— Хаскр!
Будь, что будет, без боя не сдамся. Я не отступил перед Зормой при первой встрече в подземелье, будучи жалким калекой, а сейчас не отступлю и подавно! Мне не впервой встречать смерть лицом к лицу.
«Хороший боец не тот, кто напряжён, а тот, кто готов. Он не думает и не мечтает, он готов ко всему, что может случиться», — вспомнились слова Комацу, и сейчас эти наставления спасли мне жизнь. Вздумай зверь ударить по всей местности и испепелить меня вместе с травой и деревьями, и мне бы не удалось укрыться, но та выстрелила чем-то похожим на огненную стрелу, толком не вложившись в атаку, видимо, считая меня обычным животным, ну или кем-то иным, не имеющим средоточия.
Тренированное тело сработало на рефлексах, и я перекатом ушёл в сторону, а когда вскочил на ноги, увидел, как голова монстра просто взорвалась, обдав меня мозгами, обрывками шерсти и обломками костей.
Ничего себе! Я ошеломлённо смотрел, как обезглавленный монстр рухнул на землю, и из зияющей раны хлынула кровь.
— Кто же тебя так приголубил? — огляделся вокруг в поисках спасителя.
Через мгновение из-за ближайшего дерева вышел человек, не сводя глаз с трупа. Он был… средним и неприметным. Каким-то серым, равнодушным ко всему. Ростом мне по плечо, с волосами то ли запыленными, то ли седыми, с серыми глазами. В серых же штанах и тигровой шкуре вместо накидки. Стоило лишь отвести взгляд, я тут же забыл, какое у него лицо. Пояса не было, но по опыту знал, что это ещё ничего не значит, особенно если учесть, сколь стремительно он расправился со зверем.