Она сильно ударилась о землю, когда средоточие иссохло, и перекатилась несколько раз, прежде чем остановиться. Её грудь вздымалась, а тело пульсировало от боли. Как бы ей ни хотелось полежать и отдышаться, девушка знала, что товарищу осталось жить считанные мгновения. Если… если он ещё жив.
Перевернувшись на живот, девушка нашла взглядом Акарата, лежащего лицом вниз в паре чжаней от неё. Его тело было сплошным окровавленным куском мяса и костей. Она также видела, что и Тайко, которого держал друг, наполовину торчал из-под рухнувшего шпиля. И хотя тот всё ещё был жив, Кейхас знала, что ему недолго осталось жить в этом мире.
— Акарат, ты должен проснуться, — встряхнула она друга. — Очнись! — закричала девушка, ударив его по лицу, видя, что тот никак не хочет приходить в себя.
Она почувствовала, как тело того начало шевелиться, и снова влепила пощёчину. Он кашлянул, сплёвывая кровью и замарав её.
Он жив! Значит, есть шанс спасти его!
Я попытался отстраниться от чего-то назойливого и снова вернуться в тепло и забытьё беспамятства. Мир наполнен болью и страданием. Зачем возвращаться?
— Акарат!
Услышав, как кто-то окликнул по имени, хотел огрызнуться и послать подальше, чтобы не мешали спать. Но не успел, наглец никак не хотел угомониться и вновь резко ударил по лицу.
Да кто там никак не успокоится?!
Затуманенному разуму потребовалось несколько секунд, чтобы очнуться. Стоило попытаться набрать полную грудь воздуха, как поперхнулся, закашлявшись кровью. Боль стала острее, но я изо всех сил старался оставаться в сознании.
— Хорошо, что ты очнулся! — раздался над головой взволнованный голос.
Непомерным усилием воли открыл глаза и не сразу, но узнал свою спасительницу:
— К-кекх-хас? — нечленораздельно прокаркал в ответ.
— Не пытайся говорить, просто слушай, — торопливо сказала та, — Сожми руку, если понял, — произнесла она, беря меня за ладонь.
Я снова закашлялся, боль пронзила тело, но всё же сжал её кисть. В этот момент к нам подбежала Зорма и ободряюще лизнула меня в лицо.
— Чтобы появились тории, ведущие к искусу на красный пояс, ты должен найти собственную стезю. Аспект Силы — только основной путь, те, кто добираются до жёлтого пояса, могут идти ответвлениями от него, сворачивать на другие тропы. Но определить её нужно сейчас, в самом начале. Итак, ответь на вопрос: что означает для тебя аспект Силы? Не говори вслух, просто подумай об этом, и если стихия сочтёт ответ достойным, то допустит к испытаниям.
Несколько мгновений смотрел на подругу, вяло соображая, чего она от меня хочет. Так вот значит, что отделяло меня от красного пояса? Такой простой вопрос?
Хотел было прогнать эссенцию по каналам, чтобы очистить разум и унять боль, но та отказывалась повиноваться. Зрение начало меркнуть… Но резкий удар по лицу вернул в мир.
— Давай, Акарат! Думай! Что значит для тебя твой Путь? — снова настойчиво спросила Кейхас.
Подруга пришла и спасла меня от смерти, показывая, что ей не безразлична моя судьба. Я должен постараться ради неё. Показать, что её жертвы не напрасны. С тех пор как обрёл силы и стихия одарила меня, я много размышлял о том, каков мой Путь. И если поначалу полагал, что это — просто не допустить впредь собственной слабости, не дать себя в обиду и отомстить Тэнг; то чем больше медитировал, тем лучше понимал, что это глупо и мелочно.
Свобода. Гордость и непреклонность.
Вот то, чего мне не хватало всю жизнь. Свобода выбора того, что и когда делать. Свобода идти туда, куда хочу, и делать то, что сам хочу: совершать собственные ошибки и открытия, жить по-настоящему. Не сгибаться перед каждым встречным и не унижаться, безвинно прося прощения.
Дрожь пробежала по телу, когда осознал это, и ощутил то же самое чувство единения, как когда впервые соприкоснулся с аспектом Силы во время испытания.
Красные врата проявились в воздухе на удалении десятка шагов от того места, где лежал.
— Прости за это, — извиняющимся тоном произнесла Кейхас.
Прежде чем успел спросить, что она имеет в виду, та подхватила меня, оторвала от земли и швырнула прямо промеж алых створок. Дуром крича от боли пролетел сквозь портал и приземлился с другой стороны, упав лицом вниз в неширокую реку.
Наглотался воды, но тут же вынырнул, хватая ртом воздух. В пару гребков достиг песчаного берега и тут же повалился на спину. Боль медленно отступила, за ней ушли жжение и зуд, охватившие тело, как только попал сюда. Взглянув на себя я понял, что исцелён. Ощупал себя руками, ища раны, но они исчезли!