Ночи всегда проводили вместе, будь то ее коттедж или мой. Через две недели мы перестали притворяться, что не собираемся засыпать вместе, и на этом наши нелепые ночные разговоры закончились.
Каждое утро перед пробежкой я готовил нам кофе, и к тому времени, когда возвращался, Джоанна готовила нам завтрак: обычно яйца с тостами или кексы, которые, как она сказала, сестра научила её готовить.
Я пытался игнорировать назойливые тени, которые висели в уголках моих мыслей. В четверг Финну сняли гипсовую повязку, и как только он встанет и начнет двигаться, Джоанна сможет уехать. Мы оба полностью избегали этого разговора, делая вид, что все нормально. Она украла воздух из моих легких, даже не пытаясь, и я ходил с дырой в груди, делая вид, что это не так.
Чем больше я отталкивал это, тем мрачнее и чаще становились кошмары. Бывало, едкий дым заполнял мой нос и легкие, от чего я задыхался. Всегда вне досягаемости была Джоанна — моя Валькирия. Во сне я напрягался, умолял ее, но она никогда не забирала меня. В темноте, пытаясь, не разбудив Джоанну, успокоить дыхание, я вспомнил ее письма. Только тогда я понял, почему мои сны разыгрывались по ужасной повторяющейся схеме.
Валькирии забирают только достойных.
· · • ✶ • • • · ·
— Эй, красавчик, — Джоанна взъерошила мои волосы и поцеловала в макушку.
Прежде чем она успела убежать, я схватил ее за запястье, притягивая к себе на колени, от чего она визгнула.
— Не так быстро, сладкая.
Я переместил руку к ее бедру, сжимая попку, и мой член напрягся под ее весом. Джоанна обхватила мое лицо, и наши губи сошлись в поцелуе. Я обвил руками ее туловище и притянул ближе к себе. Углубляя поцелуй, я провел языком по её и застонал. Я чувствовал вкус кофе с корицей на ее губах.
— Черт, ты такая вкусная. Давай сегодня прогуляем работу.
— Мммм, — застонала она во время нашего поцелуя. — Не могу. Мой босс — настоящий ворчун.
Я переместил свой вес и потянул Джоанну к себе на колени так, чтобы она оседлала меня. Приподняв бедра, я точно показал ей, почему хочу, чтобы она сегодня осталась со мной дома.
— Тебе трудно сказать «нет», — она прижалась ко мне бедрами.
— Я могу показать тебе, что трудно.
Я встал, прижавшись поцелуем к ее губам, и поднял ее на руки. Затем повернулся и усадил ее задницу на край столешницы, шире раздвинув ее ноги своими бедрами.
Джоанна обвила руками мою шею и выгнула спину, прижимаясь грудью ко мне. Боже, мне нравилась её реакция на меня.
Я поднял руку вверх, мой большой палец коснулся изгиба ее полных круглых сисек. Направив поцелуй на ее шею, я коснулся большим пальцем ее твердого соска. Мой член дернулся в ответ.
— Ты нужна мне, Джоанна, — едва я произнес слова, когда она расстегнула рубашку, обнажая лифчик. Сквозь тонкую ткань я втянул в рот один твердый сосок и был вознагражден ее хриплым вздохом.
Нуждаясь в давлении, я погладил свой твердый, как камень член через джинсы. Все внутри меня хотело погрузиться в Джоанну, но я уговаривал себя притормозить. Я хотел, чтобы она почувствовала невероятную власть, которую она имела надо мной.
Проводя влажными поцелуями вниз по ее ребрам и обнаженному животу, я лизал и посасывал дорожку к ее центру. Рывком я стянул штаны с её бедер. Я чуть не сошел с ума, когда увидел, что ее нижнее белье уже промокло от возбуждения. Теребя край ткани, я провел пальцами по ее чувствительной коже.
Просунув средний палец под трусики, я погладил ее складки. Дразня ее киску, я поцеловал ниже, найдя бугорок через нижнее белье. Нежными покусываниями я дразнил ее клитор, и она, задыхаясь, схватила меня за волосы.
Улыбаясь, я посмотрел на Джоанну — ее рот был открыт от восхищения, а глаза полны желания.
— Позволь мне попробовать эту хорошенькую киску, детка. Ты не представляешь, как сильно я хочу тебя.
Я просунул один толстый палец в ее центр и почувствовал, как стенки сжимают меня. Мой член умолял врезаться в нее и добиваться освобождения, но в то же время у меня было непреодолимое желание попробовать ее оргазм на своем языке.
Я взялся за пояс ее нижнего белья и спустил вниз по ногам.
— Держи ноги здесь, — проинструктировал я, кладя ее ноги себе на плечи. — Держись.
С этими словами я снова опустил голову, вдыхая ее пьянящий чувственный аромат. Длинным и неторопливым движением языка я погладил ее киску. Она наклонила бедра вперед, умоляя о большем.
Давая моей девочке именно то, в чем она нуждалась, я пожирал ее. Мои пальцы играли с её складочками, прежде чем проникнуть внутрь, пока я посасывал ее пульсирующий клитор. Ее хватка в моих волосах причиняла боль, но посылала горячую волну жара между моих ног. Мне нужно было, чтобы она кончила.