Распустились совсем, разгильдяи. Даю тебе две недели, — летело вслед ему напутствие, — не успеешь исправить, до рядового понижу.
Я колебался. Командир части явно сегодня не в духе. Хотелось смалодушничать, развернуться и уйти. Но, увы, мне было назначено в это время. Глубоко вдохнув, я вошел в дверь.
— Сержант, проходи, — отмахнулся, разъяренный предыдущим посетителем, полковник на мою попытку доложить, — что у тебя?
Он потихоньку отходил от устроенной выволочки. Я выдвинул стул. Присел, положил перед собой папку и расстегнул ее.
— Я хочу предложить захватить Гранитную Крепость.
— О как! Не много, не мало! — стал вновь закипать собеседник, — да что же сегодня день идиотов что ли?! Сначала один, теперь второй. Что же ты тогда ко мне пришел. Тебе тогда прямо к военному советнику дорога. Это в его компетенции. Он выдаст тебе меч-камнеруб, волшебную кирку и вперед на штурм, герой!
— До него далеко, вы ближе. Если вы поддержите мою идею, то к вашим словам прислушаются вернее чем к моим.
— Да ты… совсем кретин? Похоже, степь не прошла бесследно для твоей психики.
— Я могу обосновать свои слова, — я сунул под нос ему раскрытую папку, — вот взгляните.
— Что это, — начальник с подозрением перевернул несколько листов, — чертежи какие-то. Ну и подчерк же у тебя! Я в технике не особо силен. Не понимаю тут.
Это предварительные наброски боевых кадавров, — заторопился я, почувствовав заинтересованность, — эксперимент с моим отделение был признан самым успешным и перспективным из всех проведенных. Принято решение создавать такие же структуры во всей армии. Но на этом останавливаться нельзя! Я пораскинул мозгами на досуге, обдумал парочку идей и начертил возможные варианты монстров специально для штурма Гранитной Крепости. Если снова собрать ученых, довести до ума разработки, то есть все шансы взять ее.
— Ты знаешь, что за всю историю Империи мы ее пытались завоевать пять раз. И каждый раз все заканчивалось серьезным поражением, огромными людскими потерями и пару раз страна стояла просто на грани гибели. Даже Старый Император не рискнул нападать на нее. И был прав на мой взгляд. Все эти факты тебе что-нибудь говорят? Ни разу не было такого случая, чтобы враг переступил за стены Гранитной Крепости. В мире по пальцам можно пересчитать места, которые могут сравниться с ней по мощи и укрепленности.
— Понимаю. Но все всегда бывает в первый раз.
Полковник недоверчиво взглянул нам меня. Я стал азартно убеждать его. Постепенно он сдавал свои позиции. Постоянно тыча пальцем в чертежи, с трудом, но мне удалось доказать свою идею. На весь разговор ушло больше часа. Я даже слегка охрип.
— Не знаю. Мне нужно посоветоваться с несколькими людьми. А там может и с командованием свяжусь. Но ничего не обещаю. Щекотливый вопрос. Эх, скажут, сбрендил на старости лет, в отставку пора мужику. Я заберу бумаги? Надо будет показать расчеты кое-кому.
— Берите, — я пожал плечами.
Копии бумаг лежали у меня в надежном месте. На крайний случай восстановлю все по памяти. Если схемы потеряются, то я особо переживать не буду. Главное что бы они не попали в сомнительные руки. А кому доверять, если не командиру кирасиров?
Томительное ожидание решения изрядно потрепало мне нервы. Но оно того стоило. Делу был дан ход. Не могу знать, что предпринял полковник, но пружинки и винтики государственного аппарата защелкали в нужном порядке. Воякой он был опытным и смог понять, что судьба дает неплохой шанс уничтожить Гранитную Крепость веками сидящую как заноза в теле Империи. Не одно поколение пограничных военноначальников точило зуб на нее. На этом направлении приходилось держать немало войск и держать ухо востро в ожидании хитроумных атак врага. И главное ситуацию нельзя было изменить, все время приходилось действовать от обороны.
Мне пришлось выдержать целую серию "дружеских бесед" и вызова в различные армейские и не только инстанции. Бюрократия это извечный бич Империи. Мурыжили меня долго. Вопросы задавали совершенно разные, порой крайне непонятные для меня и левые. И каждый даже самый мелкий "бос" считал своим долгом усомнится в надежности моего плана. Особенно всех интересовало, что сподвигло меня искать способ захвата неприятельского оборонительного объекта. Я вдохновенно врал, что желаю помочь горячо любимой стране. Благо это было не так далеко от истины, точнее одним из пусть не самых главных мотивов. Нехваткой патриотизма не страдаю.