— А это кто? Мул, полукровка бесплодный. Импотент, наверное. У тебя хоть черенок-то рабочий? Или не проверял, так как никто из эльфиек выродку не дает? — с не меньшей долей презрения, чем у собеседника в тон ему ответил бывший бог, спускаясь с уступа. При каждом шаге, когда казалось, что он рухнет в пустоту, под его ногой возникала ледяная ступенька. Постепенно вырастала лестница, уходящая спиралью вниз. Я скромненько семенил за другом. Надеясь, что меня не заметят. Гоблин заорал, — ей мужики! Вы в курсе, что вами управляет человеческий ублюдок!?
— Заткнись!!! — в бешенстве заорал архимаг почернев лицом, — ненавижу вашу людскую породу! Один из ваших колдунов изнасиловал мою мать — наследную принцессу. Я должен был родиться приемником трона в старшем древе. Стать правителем всех светлых эльфов, а вместо этого мое детство прошло хуже, чем у разводимых для опытов рабов. Ты бы знал, что мне стоило добиться хоть чего-то!!!
— Мне пофиг на твои комплексы и тяжелое детство. Лучше скажи, что это за шарики летают?
— А, эти? — злорадно заусмехался полукровка, — ваша людская смерть — морозные умертвия! Мой шедевр в некромантии. Проект, в который я вложил сто лет своей жизни и все знания. Еще полвека и из них вылупится моя месть человеческому роду. Все ваши города превратятся в живые кладбища и неисчислимые армии нежити пройдут по всей планете, уничтожая людей в самых укромных уголках, куда только вы забьетесь воя от страха. И тогда в этом мире останутся только эльфы и те расы, которые признают наше господство!
— Мечтать не вредно. Кстати, сюрприз, — ефрейтор щелкнул пальцами и из Источника в него забил поток энергии в сотни раз более мощный, чем до этого. К этому времени мы спустились по ледяной лестнице до пола. Гоблин повернул голову ко мне, и я оказался окружен куполом изо льда с торчащими наружу лезвиями сосульками, — посиди тут пока. Мне надо разобраться с этим дураком.
Все происходящее было хорошо просматриваемо через прозрачный щит, пусть и несколько искаженно. Ноги скользили, лед был даже на полу. Эльфы тоже подключились к источнику, но их ниточки не шли не в какое сравнение с извивающейся змеей рекой бьющей в бывшего бога. Их битва напоминала мне драку многоголовой гидры самой с собой. Где множество маленьких атаковали большую.
Мой друг, воссоздавая постоянно разбиваемые защиты, методично уничтожал ушастых. Они замерзали и разлетались на куски, разрезались летающими ледяными копьями, накалывались на молниеносно выростаемые копья-сосульки, душились снежными вихрями. Призванная ефрейтором армия из прозрачных големов отвлекала часть усилий колдунов на себя.
Но Гоблину сражение давалось тяжело. Я заметил, как замедлились атаки, и их число, раз за разом уменьшалось. А количество чародеев уменьшилось только на треть, ну может чуть больше.
Полукровка давно уже видоизменился. Его ноги выросли, покрылись чешуей и превратились в конечности ящера. Голова тоже преобразилась, во что не скажу, я даже не могу найти близкое сравнение. Архимаг ежесекундно кашлял и из его рта вылетали существа похожие на огненных птиц. Они постоянно грызли защиту и заставляли таять ледяную броню противника или забирали на себя часть атак. Руки мула лишились ладоней. Вместо них вились тысячи, даже сотни тысяч тончайших струн огромной длины. Эти нити разрывали на части ледяных големов и пытались пробить и опутать защиту бывшего бога.
Битва продолжалась очень долго и ожесточенно. Я уже успел порядком устать от зрелища беснующейся снаружи купола магии. Давали знать о себе часы напряженного штурма твердыни. К тому же я не успевал осознать и осмыслить все действия сражающихся, уж на слишком больших скоростях все происходило. Поэтому момент поражения полукровки я пропустил. Только вот было все по прежнему и вот от него осталась только голова и четверть туловища покрывающиеся коркой льда.
— Люди! Почему вы не умрете спокойно и не оставите нас в покое! Это наш мир. Вы здесь чужаки, — бессильно воскликнул архимаг и заорал, — дети мои проснитесь! Отомстите за смерть создателя!
Шары, летающие над Источником, со звоном лопнули. Из них пробуждаясь от спячки, вылетали умертвия, распространяя волны леденящего ужаса. Ефрейтор, выматерившись, разбежался и прыгнул в Айсберг. Лед принял его и сомкнулся, так, словно он нырнул в воду. Умертвия, все быстрее двигаясь, летали по пещере, охотясь на эльфов. Их родитель умер, освободив от наложенных уз подчинения, поэтому они занялись любимым занятием нежити, пожиранием живых.