Гса. Не обижайся. Если бы я тогда не уехала, стало бы хуже. Я не люблю тебя такой любовью, которую ты ищешь. Я никого не люблю вообще.
И я очень, ОЧЕНЬ хотела уйти от кроны. Гномы на деревьях - это всё, что я видела до этого года. А мир больше и шире. Я хочу, Гса, дотянуться своими крыльями до неба.
Мы стояли у зеленого ручейника. И ты просил подумать. Но я давно всё знала. Я давно мечтала уехать в городейник.
Матик прочитал писанину. Сказал, чтобы я перестала разводить сопли и начала описывать тебе фактуру. Ну, эт, ты знаешь, не моё словечко, ха.
Гса, я припёрлась на верхние уровни. На нижние. мне дорога заказана. Куда лестной девчонке к богачам?
А на верхотуре народу тьмуща. Все толкаются, за локти хватают, таки рожи масленные, мысли только о мерзостях.
Я долго мыкалась, искала дело. Тут ещё оказалось, что нужды дозарезу гостительные или прожизненные грамотки. Без них спокойной ходьбы по городейнику нету. Поначалу меня отпустили пару раз, мол, только приехала, простите дяденьки. Но нармилы глазастые, все припоминают. На третий раз загнали меня в зыбизанник. Заставили в депарции милицейского приказа все полы перемыть, все отхожие места отдраить. А куда мне было деваться?
Наперёд скажу, можно и без бумаг тут ходить, но шибко дорого. Отрезов по пять нужно отдавать как поймают. Кождый раз! Дивися, пять отрезов, а можно за день много раз нармилам попасццо.
Мыкалась я мыкалась, искала места. Взяли в дом лавочника обслужкой. Тётка Бата добрая такая, и кормила, как на убой, и тряпки на носку давала, прям что твоя фея.
А дядь угрюмый, злой. Всё у себя за прилавком. Как гость за порог, дядь гадости ему в спину, всякую хулу. Я честно скажу, на дядя плохое стала думать. Мол, потопчет моё девичество. Ан нет. Тут у этих горожейных хуже срамот выдуман.
Ночью одну я спала крепко, мне в постель прилегла Бата. Я аж взвизгнула. А она хоть бы хны. Глаза злые.
Больше про это не буду. Из обслужек прошлось уйти. Не такой жизни я искала на городейниковой вольнице.
Ну, после, то тут, то там пробивалась разным заработком. И так постепенно докатилась до мысли вделаться неболёткой. А что?
Знаешь, сколько сотен кораблей летает по миру? Работа, конечно, злая. Но хлебная. И почёт опять же.
Матик снова тычит, мол, не о том пишу. Но я же не пиписака, чтобы книжки лабать. Я, Гса, теперь сопилока! Вот, гордись. Вышло, что и на моей улице ангелы оборонили горшочек маршмелату.
Давай, Гса, я расскажу тебе про Матика. Это совсем старик. Лет тридцать ему, а может и сорок. Я его когда спрашиваю, он все отнекивается. Но я же хитрая, я экивоком. Типа, дружочек, а когда вы в младенчестве были, чо видали? Но он и тут туговато отвечает...
Впервоначально я ему не покатила. Вообще никак. Ну, он такой, я тут царь горы, ты дефка, не будь дурой, втихомолку сиди. А я к этому времени уже так наголодалась, что какие уж там остроты умности? Грешным делом решила, если только портить начнет, то сбегу.
Но он не из таких. Сам сказывал. Вообще оказалось, что Матик грозностью своей всё спытывал мя. Мол, стушуюсь или неа. Но куда мне-то бояццо, отбоялася...
Он вообще странный такой. Мы когда познакомились, я ему про себя рассказала, кто есть такая, откуда, чо умею, чо не умею. Наврала, конечно, с три короба. А он такой мне выдает, папеньку вашего, говорит, знал. Хороший был мужчина. Спас мне жизнь однажды. Прикинь, Гса! Я вообще в шоке, как это батя мой с неболётами знался, обалдеть можно!!!
Взял меня впервоначально техничкой, а не сопилоткой. Но потом передумал. Я ему все ж приглянулась. Только не девичеством, а страшным желанием летать. И это так и есть.
Расскажу тебе, Гса, где мы живём. Высоковато, конечно, но зато тут хорошие взлётно-приемочные фарватеры. Районец Телешоль. Удобненький районец. Есть свой рынок, много струменту, всё привозное, альмаиканское и коларийское. Едишку продают. Это, ясно-понятно, гребут из каганата.
Жилишка своего у нас нет. Матик вещает, жильё неболёту - обуза. Снимаем куартуру в герберге у мамаши До. Тут во дворе даже есть место для соколика, для нашего дау. Иногда залетают разные авиафлотчики, их мамаша До примечает. Они тоже здесь берут постой. Тогда тяжело бывает. Два раза Матик платил за комерсиальную стоялку. Но зато там и помывку сделали кораблику и обслужили малость чего.
Наш небесный корабль относится к легкому классу транспортных судов, дау. Купчая на машину принадлежит Золотому банкуму. Матик взял у них в которму, платит ежемесно процент.
А зарабатываем на перевозках. Возим сукно, шкуры. Чаще всего на Атетраус, Нилос, реже Понач. Алименты у дау для запаса магии не особо большие, топливо дорогущее. Сильно далеко не полеташь.