Тех, кого искал Володя, в «Золотом быке» не оказалось. Он поэтому не присел за столик, а только кивнул издали кое-кому из знакомых и сразу ушел. Он решил забежать еще в дом на улице Яноша Араня, где помещался городской комитет партии.
Небо сплошь покрыто низкими, мрачными, густыми тучами. Они неподвижны, нависая, как железобетонный потолок крепостных сооружений. Где-то очень высоко над ними гудит самолет.
«Наш!» — определяет Володя, прислушиваясь к ритму мотора.
По самой середине мостовой, как по ничейной полосе между двумя линиями фронта, настороженно и неспеша движется красноармейский патруль. В отдалении, трудно даже точно определить, где и на каком расстоянии, слышен крик:
— Помогите! Помогите!
В руке командира патруля вспыхивает электрический фонарик. Его лучи сосредоточенно ощупывают руины. Раздается твердая короткая команда. Четыре бойца бегут туда, откуда донесся вопль о помощи.
Перед домом на улице Араня стоят два вооруженных партизана. Они требуют предъявить документы. Володя показывает свое удостоверение и смеется. Часовые отдают ему честь.
Снаружи двухэтажное здание тонет во мраке. Но внутри освещен каждый его уголок. Дом полон жизни.
Приезжают и уезжают связные-мотоциклисты. Они шумливы и веселы.
Грузовики подвозят с периферии делегатов, а в обратный рейс уходят с кипами книг и другими печатными изданиями, которые нужно доставить в те самые города и села, откуда только что приехали делегаты.
В одной из комнат несколько человек трудятся над статьей. В другой кто-то диктует письмо. В третьей пятеро железнодорожников из-под Сегеда, которые прибыли сюда поздним вечером, рассказывают о положении в своем районе. Еще в одном помещении получает инструкции какой-то каменщик, отправляющийся на рассвете в Кечкемет. Дальше недавно демобилизованная Юлия Сабо читает доклад одиннадцати землекопам из-под Цегледа. В шестой комнате… в седьмой, восьмой… В каждом уголке этого дома кипит работа, бурлит жизнь. Всюду снуют люди: рабочие, крестьяне, интеллигенция, штатские, солдаты.
— Ноев ковчег! — смеясь, говорит Олднеру Юлия Сабо.
— Ну, не совсем! — серьезно отвечает Володя.
— В том смысле, — поясняет Юлия, — что здесь собрано вместе все необходимое для рождения нового мира. Я это хочу сказать…
— Тогда вы правы, — перебивает ее Володя.
Ему и хотелось бы как следует понять, в каком смысле выразилась Юлия, и в то же время не хватает терпения дослушать ее до конца.
Однако Володя и здесь не застал тех, кого искал. Их вообще не было в Дебрецене, они в это время разъехались по освобожденным Красной Армией селам.
Самолет, доставивший Давыденко и Олднера в ставку 4-го Украинского фронта, приземлился на военном аэродроме в Мукачеве. Сейчас на сооруженной в несколько дней летной площадке царило небывалое оживление. С востока почти ежеминутно прибывали огромные транспортные самолеты. Целые батальоны солдат работали на их разгрузке.
В ставку фронта, находившуюся в словацком селении Михаловце, Давыденко и Олднер ехали из Мукачева на «виллисе». В штабе их с нетерпением ожидал полковник Тюльпанов. Тепло обняв и расцеловав обоих, он сразу приступил к делу.
— Очень боялся, что опоздаете. Через семнадцать минут вам надо быть у члена Военного совета. Он хочет получить от вас доклад относительно положения в Венгрии.
— Мы не подготовились. Не ожидали, что его придется делать сегодня же, — ответил Давыденко. — В голове у меня настоящая каша.
— Выпейте по чашке чаю, ничего другого предложить не могу. А к докладу готовиться уже некогда. Над тем, о чем следовало бы сказать и чего вы недоговорите, подумать придется после.
— Даю каждому двадцать минут, — встретил вошедших генерал. — Меня интересует все, что вы видели, слышали, чего опасаетесь и на что надеетесь. Прошу, товарищ Тюльпанов, запротоколируйте оба сообщения.
Вопреки всем ожиданиям, генерал докладами остался доволен.
— Ну что ж… Оба дали совершенно ясную картину не вполне ясного положения! — сказал он в заключение. — В том, что есть люди, протестующие против намеченного состава временного правительства, иными словами, против правительства широкой коалиции, не вижу ничего удивительного. Конечно, всем, кто не знаком с событиями последнего десятилетия, не так легко понять, что только при условии широкой коалиции венгры могут вести войну против Гитлера и что такое единство является в то же время наилучшей формой успешного начала восстановления страны. Разумеется, те люди, которые полагают, что правое крыло коалиции не слишком-то стремится доводить антифашистскую войну до полного уничтожения фашизма, может, и правы. И еще более правы все сомневающиеся в действительном желании генералов строить новую страну. Однако генералы при существующей обстановке необходимы, хотя нельзя упускать из виду, что их участие в строительстве новой Венгрии представляет столько же преимуществ сегодня, сколько препятствий завтра. Венгерские товарищи отлично это знают и полностью отдают себе отчет в сложности своей задачи…