Итак, Сарта – единственная самодостаточная планета, не зависевшая от Айкоры. Жители сами выращивали овощи и фрукты на плодородных почвах. На пастбищах Сарты росли тучные стада порсов, завезённых с Куркаса. У них свои моря, несколько островов с развитой инфраструктурой, заточенной на туризм. Туда приезжают отдохнуть и айкоры, и илки, и борки. Только саросам туда путь закрыт. Сарты были интуитами и менталистами.
И вот три интуита были приглашены на Айкору. Проверяли каждого жителя планеты. Пока ничего серьёзного найти не могли, но общая обстановка была напряжённой.
Как-то раз Лили вновь отправилась на прогулку. Она уже начала привыкать к тому, что многие айкоры были крупными, полными, с тусклыми волосами, глазами и серыми маленькими крыльями. На их фоне другие, нашедшие своих единственных, смотрелись небесными созданиями: стройными, статными, с блестящими стальными волосами, с яркими зелёными или голубыми глазами и бесподобными белыми крыльями. Их половинки тоже отличались от одиноких женщин. Единение делало их черты выразительными, скрадывало их недостатки и подчёркивало достоинства. И силу они будили в своих мужчинах, только она была далеко не такой мощной, как у Лили, и не обладала целительными свойствами.
Так вот, гуляя по аллеям замкового парка, Лили решила в этот раз сменить привычный маршрут. Она резко свернула на скромную тропинку, не заботясь, идёт ли за ней охрана, и пошла по ней. Тропинка петляла и через некоторое время привела девушку к старой полуразрушенной башне. «Благородные развалины, - подумала Лили, - Рэл, наверное, очень ею дорожит, раз оставил её». Девушка почувствовала, как в ней просыпается исследователь, и устремилась к башне в поисках входа, тут же мысленно похвалила себя за удобную обувь, которую надела сегодня. Лили обошла башню и увидела вход. Девушка осторожно направилась к нему. Пробравшись под своды, она услышала как будто чью-то речь.
- Неужели я здесь не одна? – мелькнула тревожная мысль. Любопытство стало бороться с благоразумием и победило. Лили дала себе слово, что постарается быть бесшумной и незаметной. Она крадучись прошла под сводом и медленно выглянула из-за стены. Никого. Внутри башни было пусто. Кое-где лежали небольшие груды камней, когда-то упавших со стен. Справа начиналась крытая лестница, которая шла по стене по спирали, поднимаясь к самому верху. Опять дилемма: вернуться или идти вперёд? Лили поняла, что сегодня не день благоразумия, и с горящими глазами направилась к лестнице. Заглянула внутрь, увидела треснувшие, стёртые, но ещё крепкие ступени и тихо стала подниматься. В тишине ясно услышала громкий вздох.
Наверху кто-то был. Девушка затаилась, боялась только, что её может выдать громко стучавшее сердце, и услышала двоих говоривших. Ещё чуть поднялась. Голоса зазвучали отчётливее. Говорили мужчины. Она услышала, как один распекал другого, упрекая в неоправданной медлительности. Второй порывался что-то сказать, но первый каждый раз его перебивал. Лили собралась уже уходить, не услышав ничего интересного, как вдруг слова, произнесённые первым, её остановили.
- Запомни, через семь секов (дней) начнётся вторжение. Император к этому времени должен быть уничтожен.
- Как же я смогу? – услышала девушка полувсхлип второго.
- Через 5 секов в замке будет ежегодный бал. Все будут заняты только этим событием. Проникнешь в кабинет императора и спрячешь это, - речь прервалась, видимо, происходила передача чего-то второму, - в его кресло. Он должен на следующий день разбирать бумаги.
Первый зло усмехнулся:
- Вот ведь конфуз получится! Был император – и нет его!
Лили услышала дребезжащее хихиканье второго:
- Да уж. Представляю. Сел – и оказался на Саросе!
- Тише! - рыкнул первый. – У стен есть уши, не забывай об этом. А сейчас расскажи о странной землянке, появившейся недавно. Говорят, император проявляет к ней повышенное внимание.
- Говорят, - услышала девушка, - что она его как будто привязала к себе. Только зачем ей? У неё итак уже есть его генерал Фурдс!
Усильте наблюдение за ней.
- Очень трудно, потому что с ней всегда охрана, - продребезжал второй.
- Лучше, конечно, убрать её, - размышлял вслух первый, - как бы она нам планы не нарушила. Ну да ладно, пока полная неопределённость, пусть живёт.