Обретение стаи
Глава 1. Первая работа
*********************************************************************************************
*** ВНИМАНИЕ! Это вторая книга цикла «Сага белых ворон». ***
*** Если вы не читали первую книгу, «Родное гнездо», лучше начать с нее, иначе многое будет непонятно. ***
**********************************************************************************************
Август 1987 года, Город, 22 года
Формальности остались позади. Вот уже третий день Торик приходил в это благословенное место — «БЭКАР», бюро экспериментального конструирования автономной радиоаппаратуры — и радовался, как удачно все сложилось. По сравнению с СВЦ здесь был настоящий дворец — просторный и светлый зал, тихонько гудят машины, прохладно даже летом.
Есть особая прелесть, когда тебя взяли в новый, только что организованный отдел. Еще не все сотрудники набраны, залы и кабинеты уже есть, но пока пустые, оборудования мало, свобода и никакой толчеи. Иногда мимо проходили люди, но они шли по своим делам, а он никого здесь не знал кроме Кодера, и это было просто замечательно. Теперь он мог целый день заниматься тем, что нравилось ему больше всего: программировать интересные задачи, не отвлекаясь на всякую ерунду вроде сдачи зачетов.
Торик сидел за дисплеем и прописывал функцию упаковки данных. Дисплей — здоровенный ящик с металлическим корпусом и экраном. Символы на экране — одноцветные, но не черно-белые, а в приятных для глаза оттенках зеленого, как требует эргономика. Разумеется, никаких картинок, только символы.
Ну вот, еще пара строк и готово.
Он уже почти закончил отладку, когда услышал где-то позади пение. Тихонько и почти не фальшивя, кто-то мурлыкал слова — вроде бы знакомые, но немного не такие:
Темная ночь,
Только пульки свистят по степи,
Только ветер гудит в проводках…
Торик добил на клавиатуре очередную команду и обернулся. Песня оборвалась на полуслове.
— Привет! Я смотрю, у нас новенький?
За столом сидел парень с пышным ежиком волос и сосредоточенно глядел на него, ожидая ответа. Перед ним лежала толстая стопка перфокарт, которую он деловито тасовал со сноровкой карточного шулера, раскладывая на две пачки.
— Привет. Да, я теперь здесь работаю у… Кольцова. — Фу-ты! Чуть не назвал по привычке начальника Кодером!
— Ну давай знакомиться. Олег.
Он отложил перфокарты, встал и протянул руку. Интересный у него цвет глаз, отметил про себя Торик: вроде серые, но с коричневатым оттенком и легкими желтоватыми искорками. Взгляд внимательный и слегка настороженный, но улыбка располагающая. Похоже, он искренне рад знакомству. Свободной рукой Олег тепло похлопал Торика по плечу.
— Анатолий, — представился Торик. — Ты тоже на эсэмках работаешь?
— Нет, я сюда в прошлом году распределился, тогда здесь только еэски были. Сектор эсэмок совсем молодой, лишь с этого года начали развивать. Но дела идут, я смотрю.
«Дяла идуть!» — вдруг вспомнились добрые слова бабушки Маши.
Внезапно из коридора заглянул лохматый парень в спортивном костюме и крикнул:
— Стручок, в футбол будешь?
Олег прислушался к своим ощущениям.
— Пожалуй, нет: опять мотор барахлит. — Он выразительно похлопал себя по груди.
— Жалко.
Когда парень умчался, Торик спросил:
— А почему «Стручок»?
— Не знаю, еще с Универа прицепилось, мы вместе учились. А! По фамилии же! Он Чуфаров — Чуфа, а я — Горохов, видимо, потому и Стручок!
— Надо же. А систему от еэски покажешь?
— Вот консоль. — Олег обвел плавным жестом стол с папками и таблицами и дисплей с клавиатурой. — А еще двадцать расставлены по всей конторе. Можно и новые подключить, мощность системы позволяет.
Стручок включил дисплей, подождал, пока тот прогреется, и нажал несколько клавиш. На тускло-зеленом экране появилось приглашение ввести пароль и, к удивлению, Торика, стихотворение:
…И он уже не тот, что был вначале:
Другие судьбы, став его судьбой,
Призвав, его уводят за собой…
Р. М. Рильке
— Красиво сказано, — заметил Торик.
— Да. Система никогда не бывает прежней.
— Система? Или люди, которые на ней работают?
— О, да ты у нас философ!
Они с пониманием переглянулись, и Торик осознал, что нашел нового друга.
— Ты где ходишь в рабочее время? — Голос Кодера, вдруг заглянувшего в дверь, выражал куда больше негодования, чем тот испытывал на самом деле. — Пойдем-ка, я тебя озадачу.