Глава 26. Дела конторские
Торик постучался. Сначала он ходил к Инге поговорить о коллаже, потом — чтобы узнать, как люди восприняли их творение, плюс честно выполнял наказ Матвейки — «дружить и поддерживать». А затем и сам не заметил, как стал заходить к ней просто так — пообщаться и отвести душу. Иногда она была занята, порой и ему бывало не до визитов. Но в целом оба старались найти время для общения.
— Какими судьбами, Толян? Садись, рассказывай!
— «Чем жизнь радует»?
— Ты смотри, запомнил! А она радует?
— Вроде да. Четвертую программу запустил для Конторы. Полет нормальный.
— Молодец. — Инга сегодня почти не улыбалась. Очки придавали ей более официальный вид, хотя на собеседника она старалась смотреть поверх стекол. — Но ты ведь не об этом хотел поговорить, я так понимаю?
— А можно и не про работу?
— Нужно! — Вот теперь она улыбнулась. — Мне вот недавно новый гороскоп сделали, и сразу стало понятно, куда надо жить и зачем стремиться.
— Как вы интересно разговариваете.
— Ну так надо ж соответствовать! Я ведь разная бываю, очинно разная, когда надобно. Где-то гламурная блондинка, а где надо — строгая брюнетка в очочках. Даже если волосы светлые. Дело ведь не в них, по большому счету.
— И что с гороскопом?
— Ну а что там может быть? Ерунда полнейшая. Механическое движение планет определяет наши судьбы? Да ладно! Не может быть такого.
— Но что-то ведь определяет?
Быстрый испытующий взгляд на него.
— Если об этом задумываться всерьез, мы придем к одному из вариантов эзотерики.
— Мм, я часто слышу об этом, но лично не знаком, а вы?
— Я иногда почитываю книжечки всякие. Но мне интересней не происхождение наших верований, а странствия души.
Еще один острый взгляд: он не смеется? Не строит скептическую мину?
Торик не смеялся. Он уловил внутри себя легчайшее дуновение. Или шелест мыслей? Тема его зацепила. И он попробовал двигаться на ощупь, собирая крохи того, о чем где-то слышал:
— Странствия души? Это когда астральное тело… да?
— Названия авторы дают разные, но суть одна — человек впадает в некий транс, а в это время душа его устремляется к новым горизонтам и исследует иные миры, недоступные нам в обычной жизни.
Вот теперь его душа точно екнула и на миг прыгнула в пятку!
— А вы… пробовали когда-нибудь вот так… э… путешествовать?
— Ну что ты! Разве что во сне.
Ему захотелось рассказать ей о проекте. Он понимал, что это безумие, что так нельзя — взять и вывалить первому встречному свою невероятную историю, в которую с трудом верят даже близкие друзья. Тем более человеку такому непростому и где-то даже опасному… Но она сказала нужные слова, и они оказались ключом, отпирающим замок на сундуке с его тайной. Он улыбнулся, открыл рот и…
— Инга Альгисовна, тут возник еще один вопрос… — В двери показалась шефиня, элегантная и слегка погруженная в себя, как обычно. — Э… вы заняты?
— Нет, что вы, — ровно ответила Инга, а потом официально обратилась к Торику: — Хорошо, подготовьте мне предложение, и в ближайшее время я его рассмотрю.
— Конечно, — кивнул он, подыгрывая ей, и вышел.
По дороге размышлял о странностях жизни. Вот Аделаида тоже порой говорила что-то про эзотерику, но у него ни разу не возникало желание что-нибудь ей рассказывать. Никогда.
* * *
Июнь 1999 года, Город, 34 года
— Я уже начинаю привыкать к твоей безумной люстре из синих перьев, — улыбнулась Зоя, отпив чая на кухне у Торика.
— Мне тоже на это понадобилось время.
— В ней есть свое очарование, но для меня все равно несколько «too much» (это уж слишком — англ.)
— Согласен. Хочешь еще печенья?
— Не очень. А зефир есть?
— Сластена! Сейчас открою новую пачку. Так ты что-то вспомнила?
— Я до сих пор сомневаюсь, но… если не оно, у меня никаких других зацепок.
— Расскажешь? Или…
— Нет, тут все нормально, быстро отмахнулась Зоя. — У нас проходила лаба по СВЧ.
— Да? У нас тоже такие лабы были два семестра.
— Ну и вот, на этот раз мы изучали распространение СВЧ-волн в большом объеме. Замеряли параметры, строили распределение амплитуд…
— Но что-то пошло не так?
— Хм… Это как посмотреть. Там камера установки здоровенная, как платяной шкаф, помнишь?
— Нет, мы с такой не работали.
— В ходе лабы внутри этой камеры надо было переставлять систему датчиков и потом включать и снимать новые показания. Мы так и делали. Я залезала в камеру, двигала датчики и вылезала. Потом мы со Светой запускали установку и записывали показания. И вот так раз двадцать в ходе этой лабы.