Всеотец уже подготовил ловушку — приманку, которую планировал использовать — знал, как заставить Зарна без промедлений вернуться к нему. Как только он полностью овладеет маленькой человечкой, его разум станет уязвим для нападения, и всеотец без колебаний воспользуется своим преимуществом.
А пока подбросит еще больше сомнений и в то же время утолит свой голод.
— Альфа, — позвал он огромного стража, стоявшего справа от трона. — Приготовь луч. Пришло время собрать следующий урожай.
Глава 28
Зарн часами бродил по улицам, ненавидя себя. Боги, что с ним случилось? Почему он не мог нормально любить Лорен, нежно относиться к ней так, как она того заслуживала? Почему он превратился в монстра в тот момент, когда его настигли сексуальные влечения?
«Потому что ты Скрадж. И ты никогда не станешь ничем другим, ничем лучше. Ты никогда не станешь мужчиной, которого она заслуживает», — прошептал в его голове голос ненависти к себе.
Это было правдой, и он это знал.
«Я должен уйти, — подумал он в сотый раз. — Оставить ее, пока еще могу. Сегодня мы были слишком близки, я почти потерял контроль».
Только человеческая ДНК, соединенная с его собственной, спасла его — она??позволила ему остановиться, пока не стало слишком поздно. Это и мысли Лорен. Зарн знал, что у них нет ментальной связи, знал, что не должен был слышать, о чем она думала. Но это случилось снова, как и в первый раз, когда они были близки. Ее мысли приходили к нему ясно, как если бы она говорила их вслух. И то, о чем она думала, чуть не разбило ему сердце.
«Она не могла поверить, что я возьму ее таким образом. Что причиню ей боль. Она видела во мне животное — зверя. Но даже когда собирался силой войти в нее, она все еще хотела верить, что я хороший, что я бы так не поступил».
Зарн на мгновение остановился, прислонившись головой к стене кирпичного здания. Что с ним происходило? Почему он мог слышать мысли Лорен? И почему смог своими словами повелевать глупому мужчине, который был ее помощником? Только одно существо, о котором он знал, могло делать такие вещи — всеотец.
«Нет, я не такой, как он! Я отказываюсь становиться таким, как он!»
Но если то, как он относился к Лорен, было каким-то признаком, то было уже слишком поздно — он становился похожим на своего отца. С каждым днем все больше походил на него. Его порывы Скраджа становились все сильнее — человеческая ДНК, которую он получил от Лорен, сдерживала его, но едва. И это влияние на него не могло длиться вечно. Что было еще одной причиной уйти от Лорен, пока не стало слишком поздно.
Зарн покачал головой. То, что произошло сегодня, было слишком — он почти сорвался. Пришло время признать, что это было ошибкой, что его попытка любить ее и вступить с ней в отношения тщетна. Пришло время попросить вернуть кольцо, сесть в маленький шаттл Киндредов, улететь и никогда не возвращаться.
При одной только мысли, что он больше никогда не увидит Лорен, его сердце жестоко сжалось. Но если не было другого способа остановить себя от причинения ей боли — от насилия над ней — тогда он должен это сделать.
— Я должен поговорить с ней, — прошептал он, и его голос прозвучал тихо и прерывисто в его собственных ушах. — Сказать, что я люблю ее, но не могу… не могу остаться. Боги…
Как бы ни сопротивлялся, ему нужно покончить с этим, прежде чем он потеряет самообладание.
Вздохнув, Зарн поднял голову и прижал ладони к глазам. Затем опустил руки и огляделся. Где он? Зарн шел уже несколько часов, и на улицах стало темно. Иногда путь освещали высокие фонари, но он все еще находился на незнакомой территории. Или уже нет?
Подняв голову, он вдохнул воздух. Теплый вечерний ветерок донес до него слабые сладкие запахи ванили, шоколада и клубники. Они едва заметны, и он был уверен, что человек не смог бы учуять их. Но его обостренное чутье Скраджа сразу же их уловило. Он ходил кругами — магазин Лорен где-то неподалеку.
Зарн свернул в переулок между двумя зданиями, следуя за своим обонянием, когда его внимание привлек внезапный тихий крик отчаяния. Зарн остановился, нахмурился и огляделся. Вот снова — звук, похожий на крик животного, страдающего от боли. Но он не видел никаких животных поблизости от магазина Лорен. Никого, кроме облезлой черной собаки, которая попрошайничала за их столом во время обеда.
«У меня нет на это времени. Мне нужно поговорить с Лорен». Но Зарн все равно пошел на звук, следуя за криками, которые, казалось, становились все слабее и слабее, даже когда он прислушивался.