На душе сразу полегчало.
— Спасибо! — искренне поблагодарила я.
— Не стоит, заранее, — отозвалась Соня.
— Я тоже помогу, чем могу, детеныш. Всё-таки я не самый плохой доктор в империи, — доктор сочувственно погладил меня по руке.
— Морис последние дни проводит с дочками? — спросила я, хоть уже знала ответ.
— Да, моя сладкая, — неохотно подтвердил мою версию Яссин, — И поэтому, ему вдвойне плохо. Разрывается между вами..
— Я тут всё обдумала. — Снова вступила в неудобное обсуждение Соня. — Есть несколько вариантов. Первый — просто снять блоки, а дальше как Бог даст. Второй — помимо снятия блоков, можно заглушить внедренный кусок личности. Но он в любое время может активироваться. Третье, и самое лучшее для всех решение — это снять блоки и заменить базовую мотивацию. В нашем случае — сейчас ты для девочки враг навсегда. Убийца. Лишившая её в дальнейшем, безграничной власти над жизнями мужчин и слабых женщин. Я могу это поменять. Будет примерно так — руководствуясь любовью к отцу, отрицанием пыток, бессмысленых казней, унижений, девочка сама начнет общение с тобой. Легко не будет. Но тогда только от тебя будет зависеть — станет она тебе доверять, и в дальнейшем станет дочерью, или так и останется чужой… и прежде всего — самой себе.
— Я не могу принять никакое решение. Это должен решать Морис. На какое он согласится — так и сделаем. — решила я.
— Он придет в медотсек, — проинформировал меня Яссин, — С детьми.
— Вот и хорошо. — Невозмутимо сказала Соня, — Я всё объясню ему. И сразу проведу коррекцию. А ты после обследования познакомишься с уже почти обычной девочкой.
— Спасибо! — искренне поблагодарила я милую женщину, с нежными глазами.
— Ну, что ты! Ты — нормальная женщина и мать. Морису, как мужчине и отцу нужна ты. Детям нужна мама. Я только уберу топорное вмешательство одержимых садисток. Жалко, что только Сет развлекся на Меране. Как подумаю, что могли с Брюсом сотворить, Рухха казнить…Надо бы туда Лёшу отправить… Или Гарика с его прайдом… — от Сони ощутимо повеяло потусторонней жутью.
Вздрогнул даже Яссин. У меня к горлу подступил горький комок, по позвоночнику потек холодный пот.
— Успокойся, маленькая моя, — обнял Соню Шарухх, — Нэра Валерия им руки укоротила. Скоро все будет хорошо.
Соня, оторвав лицо от груди супруга, виновато посмотрела на меня:
— Я напугала тебя? Не отрицай. Я вижу. Минуту… — она внимательно посмотрела мне в глаза, — Теперь как себя чувствуешь?
Я повела плечами. Было такое впечатление, что меня закутали в оренбургский пуховый платок. О чем и поведала нашей подруге.
— Замечательно, — почти незаметно улыбнулась она, — Скоро ты совсем привыкнешь к побочке энергетики васперов.
Напряглись сразу все присутствующие, кроме меня.
— Соня, у меня к тебе интимный вопрос… — я подвисла, не зная, как его озвучить.
Но Соня сразу пришла мне на выручку:
— Спрашивай, что тебя интересует. Я давно перешагнула грань, разделяющую интимное и доступное всем.
— А..ммм… А когда у тебя «критические дни»? — выпалила я.
Шарухх заинтересованно посмотрел на супругу. Наказующий и доктор с интересом рассматривали ренегар.
— «Критические дни» у меня будут завтра-послезавтра. А, в чём дело? И почему твой супруг и опекун так паникуют? — удивилась Соня.
Я собралась с духом и всё объяснила недоумевающей Соне и изумленному Шарухху.
— Ааа! Я вспомнил! У вас были «критические дни», когда вы купили нас у Смерти! Да… если нас тогда корежило, то что же будут чувствовать остальные, когда подобное начнется у моей супруги?!! — немного нервно спросил белый наг.
— Хреново всем будет. Только один Морис в «шоколаде»! А мы с ума будем сходить от похоти! — рыкнул Наказующий.
— Ой! А ведь ещё и Император прилетит сегодня!!! — охнула я, — А Соня его илаи! Кирдык ему! И нам всем в придачу! Он же уничтожит все особи мужеского рода на расстоянии десяти парсеков от Сони!
Пока мы паниковали, Соня сосредоточенно что-то обдумывала.
— Чтобы облегчить вам всем жизнь, я отпущу на волю энергетику васперов, — решила она, — На некоторое время я стану чуждой и неприятной для всех. Да и поведение у меня будет, как у самки паука в брачный период. Зато никто с ума от похоти не сойдет.
— Нет! — одновременно высказались все трое мужчин.
— Нет, так не пойдет! — взял слово Яссин, — Лучше мы помучаемся от призыва. В крайнем случае всегда можем улететь на орбиту. А если вы, София, выпустите энергетику васперов, у всех, без исключеня «съедет крыша». — Наказующий посмотрел на меня, — Я правильно выразился?