— И лишила бы меня своей беззаботности? Нет уж.
Матвей сделал глоток.
— Беззаботности? — я не сдержала смешок, — Слышали бы тебя мои подруги. Я и беззаботность — полярные вещи.
— Признай, если бы ты знала, что я Карпинский, ты бы не забыла моё имя, а потом не винила меня в том, что я назвал тебя Машей?
Так хотелось уверенно сказать “забыла”, но Матвей был прав.
Работа есть работа. Никаких личных отношений.
Это правило я уяснила в тот момент, когда в прошлом пыталась закрутить роман с одним из клиентов нашего агентства, нынешним парнем Арины, а после — поплатилась за это разбитым сердцем.
— Ладно, тут не спорю. — подняла ладони в жесте “сдаюсь”.
Отпила чай.
— Подожди. Но если ты наследник такой… громкой семьи. Почему ты работаешь на стройке? Ещё и прорабом?
— Ты думаешь, раз у моего отца есть деньги, то я могу ничего не делать? — Матвей вскинул правую бровь, искренне удивляясь.
— Знаешь, дети богатых родителей обычно так и делают. Работая в пиар-агентстве, я не раз убеждалась в этой теории.
— Тогда перед тобой тот, кто её разрушит. — парень отодвинул кружку в сторону, — Одна истина, которую во мне воспитала мама: без денег отца — я никто. И единственный, кто может это исправить — я сам.
Отчего-то внутри зародилась гордость, каких принципов придерживался Матвей.
Саша, мой молодой человек, тоже родился в обеспеченной семье. Его папа — небезысвестный в узких кругах адвокат. В отличие от Карпинского, родители Саше не просто дали толчок к самостоятельности, они устроили жизнь сына, ему оставалось только взять всё готовое. Что он, собственно, и сделал.
— Отец помог мне получить образование строителя. Теперь я сполна пользуюсь тем, чему научился.
— Доволен?
— Я с детства собирал конструктор, любил создавать. Может, по мне сразу не видно — но работа для меня, как отдушина. — сосед опустил подбородок, поднимая краешек губ, — Да, не без грязи, но результат всегда мотивирует.
В момент рассказа, я видела, как “загорелся” Матвей. Я нисколько не усомнилась в его словах.
— Тогда что за цирк с этим домом? Тут ты мне все-таки наврал? — обвела пальцем помещение.
— Дом действительно планируется на продажу, но отец позволил мне жить здесь, пока строю “Белый лотос”.
Я сложила руки на круги, прищуриваясь.
— Значит, ты не знал, что меня подселили к тебе?
— Нет. — не медля ответил парень, — Для меня тоже твое заселение стало сюрпризом. Отец потом сказал, дом большой, места хватит.
— Неужели Вячеслав Карпинский пожалел денег на отель? — иронично хмыкнула.
— Большая часть хороших отелей принадлежит Гедиановым. А ты приехала, чтобы помогать бизнесу нашей семьи. Чтобы тебя не перехватили кто-то из них, он решил доверить тебя мне.
Вспомнила, как меня пыталась "забрать" Вера Гедианова в кофейне, но озвучивать это не стала.
— Получается, я твоя подопечная?
Голос неожиданно показался мне чересчур томным.
“Марина, неужели это флирт?” — от яркого осознания, я даже впала в ступор.
Матвей не остался в стороне. Он быстро наклонился вперед.
— Самая невыносимая из всех!
— Из всех? — театрально нахмурилась. — Неужели отец часто на тебя кого-то сваливает?
— Обычно они появляются сразу, стоит им услышать мою фамилию.
— О, так ты тот самый первый парень на деревне? — со смешком уточнила.
— На деревне? Прошу, я заслуживаю гораздо более высокое звание.
Парень со всей экспрессией приложил руку к сердцу, а я рассмеялась.
Заливисто, громко. Так, как я обычно делала в кругу близких людей.
Мы разговаривали до глубокой ночи. Обсуждали и удивлялись, когда наши интересы совпадали, спорили, когда мнения расходились. Впервые за всю курортно-рабочую поездку я расслабилась. Не думала ни о чем, кроме нашего диалога.
Мне было так легко и уютно. Может, уже завтра всё изменится. Я вновь вернусь к своему мини-расследованию, и буду всех подряд подозревать. Но сейчас…
Я не строила из себя ту, кем не являлась, он не пытался меня поддеть или как-то унизить. Были только мы. Настоящие мы.
И мне понравилось.
Глава 10
Прошло около трёх дней после ужина в семье Карпинских. Мысли о Косте по-прежнему не покидали меня, но всё же эмоционально отошли на второй план. Я больше не вспыхивала и не впадала в истерику от того, что случилось.
С нашего разговора с Матвеем тем вечером что-то поменялось между друг другом. Как будто пелена подозрений получила трещину. Я также не доверяла парню на сто процентов, однако отношение к нему вопреки всему стало теплее.