— Мариночка, эй, я тут. — послышалось то, что прогнало все видения.
Медленно подняла веки. Взгляд постепенно фокусировался.
Белый потолок, прерывающийся звонкий сигнал, и запах…
“Больница” — закончила молча.
— Всё хорошо. — вновь заговорили рядом, — Ты здорово нас напугала.
— А-а-арина. — с запинкой прохрипела, узнавая девушку.
Подруга сидела около меня, и взволнованно держала мою руку.
— Ты крутилась во сне. — сообщила Арина.
Невыносимые рещины на сухих губах ощутила сразу.
— Можно воды. — чувствовала ужасную жажду.
— Да-да, секунду.
Девушка рьяно поднялась с места, наполнила стакан из небольшого графина неподалеку, и поднесла мне ко рту.
— Вот так, молодец.
Арина помогла мне приподнять голову, и сделать несколько глотков.
— Спасибо. — постепенно внутреннее состояние улучшалось.
— Знаешь, Марина, после таких событий я тебя больше ни в какие командировки не отпущу. Во всяком случае, одна ты ездить точно не будешь! — подруга постаралась прикрыть свое потрясение в глазах серьёзным тоном, но это вышло неубедительно.
— Как скажешь. — не стала перечить, приподнимая уголок губ. — Что произошло?
— Это ты мне расскажи. — нахмурилась девушка, — Мне позвонили из больницы, сказали, у тебя сильная интоксикация, я же бросила все дела и сразу поехала сюда. Даже Диме ничего не успела сказать.
Повернула голову набок.
— Как долго я здесь?
— Четвертый день. Ты только вчера начала приходить в себя. Что-то кричала, дергалась… Я почти все время сидела у входа в палату.
— О, боже. — прикрыла веки, и почти шепотом. — Родители.
— Прости. — качнула головой Арина, — Я не могла им ничего не сказать.
“Боюсь представить, какое у них потрясение”.
— Но, — мгновенно успокоила меня начальница, — я их уверила, что лично за тобой присмотрю, и привезу домой.
— Уже неплохо. — выдохнула.
— Как только будем дома, всё равно навести их. Я им не рассказала подробно о ситуации, лишь то, что ты немного… перепила.
— Перепила? — не поняла.
— Врачи сказали, у тебя алкогольная интоксикация.
— Что? — сил вскрикнуть не оказалось, и получился жалкий писк.
— Что? — вопросом на вопрос ответила Арина.
— Это ведь… — нахмурилась, стараясь вспомнить последнее. — Это ведь не правда!
От возмущения оторвала голову и плечи от подушки.
— Так, подруга, без лишних движений! — собеседница среагировала быстро, осторожно опуская меня обратно. — Врачи сказали, тебе повезло, так как вовремя оказали помощь. Да и восстановиться ты должна скоро, но лучше придержать сейчас свой пыл и отдыхать.
— Кто меня нашел, и почему позвонили вообще тебе? — не отступала.
Девушка долго смотрела на меня, а потом в жесте “сдаюсь” подняла руки.
— Тут говори спасибо Вячеславу Карпинскому. Это он заметил тебя и вызвал скорую. — не задумываясь проговорила подруга. — А почему решили набрать меня? Наверное, потому что я твоя начальница, и мой номер был у мужчины.
Задумалась, отводя взгляд.
Я не была маленькой несовершеннолетней девочкой, за которой ответственны родители, поэтому действия Карпинского вполне объяснимы. Я, так или иначе, представляла здесь интересы агентства, в котором работала, а Арина, как начальница, отвечала за своих сотрудников.
— Слушай, всякое бывает. Мне только жаль, что ты не решила мне рассказать о своих проблемах до того, как очутилась здесь.
Хоть она искренне переживала за меня, я не чувствовала себя виноватой.
— Арина, поверь мне. — я вспоминала тот день, — Я выпила ровно столько, сколько мне обычно требуется для опьянения. Мы с тобой вдвоем пьем больше.
— Может, ты в этот раз просчиталась?
— Нет! — злилась, мне не верили, — Одна бутылка вина, Арин. И ты меня знаешь, я в целом пью не часто, а значит могу себя остановить.
Видела, аргументов у девушки не находилось.
Дверь палаты резко открылась, на пороге появилась врач, женщина средних лет. Она деловито изучила обстановку.
— Почему не сообщили, что она очнулась? — грозно спросила у Арины.
Не дожидаясь ответа, врач кого-то позвала из коридора, и двинулась ко мне. Следом забежала молоденькая девушка с какими-то листами в руках.
Подруга вежливо уступила место.
Меня осмотрели.
— Температура в норме, давление — чуть ниже обычного, но после пережитого это не удивительно. — молодая медсестра фиксировала слова врача.