“Сейчас или никогда!” — дала себе напутствие, и уверенно нажала на звонок.
Кажется, не слышала ничего, кроме громкого пульса в ушах, он перекрывал все посторонние звуки.
Дверь распахнулась прежде, чем я успела подготовиться в тому.
С широкими глазами, не отпуская ручку, Матвей осматривал меня с ног до головы. Так, словно не верил в увиденное.
Я хотела что-то сказать, но парень опередил:
— Проходи.
Пружинистой походкой вошла внутрь.
Щелчок замка заставил обернуться. Нос буквально упёрся в грудь Карпинского.
“Ежевика”.
Застыла.
“Ты же хотела с ним поговорить, почему теряешься?”
Мои молчаливые рассуждения о вероятных темах диалога испарились. Наверное, если бы обо мне снимали фильм, сейчас отлично подошёл бы кадр, где обезьяна сидит с тарелками и звонко бьет их друг об друга.
Я смотрела на Матвея, вспоминая былое.
В самую первую нашу встречу я особо не рассматривала его, как парня. Грязная рабочая одежда и каска не предел мечтаний девушек. Тогда, на стройке, я лишь отметила его спортивное тело и глаза, цвет которых, кстати, совсем не оценила. Никогда не привлекали кареглазые.
После, уже в доме Карпинских, его внешнюю красоту всё-таки акцентировала, она не оставила меня равнодушной.
“Как бы я не отрицала этого…”
Матвей объективно был симпатичным парнем, он определенно мог приковать к себе внимание со стороны. Но в тот момент, когда случились наши первые разговоры, его напыщенность перетянула чашу весов, и мне стало уже не до его внешности.
Постепенно, с каждым днем общения, он менялся для меня.
И та прошлая, безэмоциональная оценка: “Угловатое лицо, с четко-выраженными скулами. Чуть растрепанные вьющиеся каштановые волосы, с выгоревшими светлыми прядями на концах” — приобрела свои оттенки, особенные цвета. Превратилась в то, что я постоянно неосознанно искала в прохожих лицах.
Медленно стянула с себя куртку, и сняла обувь.
Карпинский продолжал наблюдать, не пытаясь начать. От меня не скрылось его замешательство. Он словно не знал, как подступить.
Поставив сумку на кухонный стол, обернулась, складывая руки на груди.
— Почему ты мне не сказал обо всём до суда? — разрушила наконец тишину.
Уголок губ дернулся, парень присел на подлокотник дивана.
— Я звонил тебе всё утро.
Ответа не нашлось. От Карпинского действительно было пропущено более десяти звонков. Я сама с ним так и не связалась после.
Отвела взгляд. Костяшками пальцев по инерции задумчиво провела по щеке.
— Расскажешь, как тебе удалось всё это откопать? — и сразу добавила, чуть смягчившись, — Ты снова меня спас. Хоть и не физически, но всё же… Помог добиться правды.
Парень долго рассматривал меня.
— Та записка, которую ты мне передала, всё началось с неё. — чуть прокашлялся, — Очевидная угроза в написанном смутила.
Матвей привстал, пересаживаясь на сам диван. Голова устало легла на мягкую спинку, а плечи расслабленно расправились.
— Помню, ты мне тогда отправил смс, что хочешь во всём разобраться. — кивнула.
— Да. — хмыкнул, — И попросил дождаться меня.
Смущенно выпятила губы.
— Твои сообщения слишком абстрактны. Мог конкретно написать, что мне следует делать. — выкрутилась.
— Вместо того, чтобы дождаться меня, ты поехала на этот фестиваль…
— Вообще-то, твои родители пригласили меня!
Карпинский резко выпрямился, хмуро глядя на мою персону.
— Когда тебе пишут угрозы, нужно быть в несколько раз внимательней, Марина. А не ехать в место, где ты довольно лёгкая жертва, да и ещё так глупо напиться.
Перед глазами пронеслись картинки, на которых Матвей шёл рядом с Алёной.
“Ведь именно из-за этого я поступила так, как он сказал…”
— Прости, я не привыкла, когда парень одним днём признается в чувствах, а на следующий гуляет с другой и о чём-то мило беседует!
Выпалила не подумав. Сразу стушевалась, отворачиваясь.
— В записке чётко говорилось о помолвке. — нашёл аргументы парень, — К кому ещё мне следовало обратиться первым делом, как не к той, о ком вероятно шла речь?
Раскрыла рот, чтобы возмутиться, но поняла — он и здесь прав.
“А я действительно глупая, приревновала его, да и сейчас почти что ему в этом призналась”.
Чувство обиды не покидало.
— Что ты от неё узнал? — быстро сменила тему, отгоняя своё смущение.
— Хотел скорее понять, почему её семья решилась на свадьбу, а фестиваль, как повод для прогулки, удачно подвернулся. Всё вело к нужному диалогу, пока я не встретил тебя в толпе. Ну, и дальше ты знаешь.