Малфои-старшие встретили известие о собственном бесчестии в последней войне с безбрежной стойкостью и силой. Здесь уже говорил Драко, и говорил о том, как не желает, чтобы его семья снова пропала, будучи унижена властью, а потом уничтожена былым хозяином. И Люциус внимал ему, изредка кивал своим мыслям и его словам, а Нарцисса сидела с опущенной головой, не в силах поднять глаза на тех, кто страдал от рук монстра, именующего себя их хозяином.
— И мы просим вас помочь, — закончил Гарри. — Вы — моя родня, мои друзья, пусть мы и разного возраста, но тогда я спокойно мог звать профессора Снейпа Северусом, а вас, мистер и миссис Малфой, Люциусом и Нарциссой. Я был главой Аврората, иногда жестоким, но всегда боролся за правду. Все, что я рассказал вам про Дамблдора, в том числе мои подозрения, следует принять во внимание. Он хороший человек, и без всякого сомнения действует во имя всеобщего блага… Но он фанатичен. Мы можем избежать многих жертв будущей войны, мы знаем места их встреч и имена будущих сторонников, знаем, где и когда они нападут, и на кого будет точно наложен Империус. Ход войны известен. Местоположение крестражей известно. Их количество известно. Но, — он заговорил чуть тише, остановившись у камина. — Мы дети, и многие силы нам пока не подвластны. А ждать мы не можем. Он вернется на четвертом курсе — и до этого момента нам нужно успеть сделать многое, чтобы наша последняя битва произошла там.
— Но вам будет только четырнадцать! — возразил Снейп. — Мистер Поттер, вы же взрослый… умный человек. Вы встречались с ним много раз. Вы должны знать, что он могучий волшебник, и даже Дамблдор с трудом сможет его одолеть.
— Именно он и должен мне помочь.
— Но, судя по вашим словам, ему нельзя доверять.
— Его надо обезвредить. Все его ловушки и испытания, которые он мне готовит. В это время кто-то должен заняться поиском крестражей.
— Что это за предметы? — подала голос мама.
Гарри вздохнул и начал загибать пальцы.
— Змея Нагайна, диадема Равенкло, дневник Темного Лорда, чаша Хафлпафф, медальон Слизерина, кольцо Марволо, кольцо Мерлина и я. И два из восьми крестражей находятся у нас под носом.
— Поясните, — попросила Нарцисса.
— Мистер Малфой, у вас есть какая-то черная книга, отданная на хранение Темным Лордом, — Гарри повернулся к бабушке. — Бабушка, а у нас дома медальон Регулуса. Он хранится у Кикимера, поскольку Регулус взял с него клятву уничтожить крестраж.
— Регулус? — схватилась за сердце Вальпурга.
Сириус решительно встал, и Лили пересела к ней — успокаивать побледневшую свекровь. Нарцисса тоже в мгновение ока оказалась рядом с ней.
— Я принесу медальон, — сказал Сириус, прежде чем шагнуть в зеленое пламя камина.
Люциус поднялся, тяжело опираясь на трость.
— Есть такой дневник, — подтвердил он. — Я верю вам во всем, мистер Поттер, потому что в тот день Темный Лорд и я были одни во всем мэноре. Меня изумило, когда он потребовал стеречь пустой дневник как зеницу ока, под сотней охранных чар. Теперь я вижу, какое зло он причинил нашей семье.
Прошло немного времени, за этот короткий период Гарри устало сел, чтобы отдохнуть. Невилл подсел к нему, пока бабушка утешала Вальпургу, и тихо поинтересовался.
— Я гадал когда-то, что заставило тебя с таким упорством заводить дружбу между мной и Драко. Теперь я вижу. Гарри, я благодарен тебе за все, но у меня есть вопрос. Пусть сейчас очень рано спрашивать об этом, но…
— Ее зовут Полумна Лавгуд, — улыбнулся ему Гарри. — Она поступит в следующем году на Равенкло.
— О, — Невилл покраснел. — Сп-пасибо.
— Обращайся, — подмигнул ему подсевший Драко.
Гермиона тоже села к ним.
— Поверить не могу, что вы молчали все это время! — возмутилась она. — Я удивлялась, какой же случай привел вас в день нашего знакомства в океанариум! Я чуть в мистику не ударилась, в прорицания всякие, что обычно считаю ерундой!..