— Все так, Аластор, — сдержанно молвила она. — Но меры уже приняты, книга в надежном месте.
— Я бы хотел видеть ее лично, — непримиримо ответил Грюм. — И забрать на экспертизу. Не зря же мы приехали. Заодно у меня есть еще одно дело… Но прежде о книге. Что случилось на уроке?
— Ничего серьезного, — поморщилась Минерва. — Ее подбросили в шкаф с дополнительной литературой, а первокурсник, извлекший ее по незнанию, взял себе. В итоге из заколдованной книги полезли пауки.
Гермиона гордо выпрямилась, и они с Драко перекинулись с улыбками. Гигантские тарантулы — их рук дело, но Гарри точно знал, что не хотел бы, чтобы в его руках оказалась такая книга, и дал себе зарок не злить этих двоих.
— Пауки кого-нибудь покусали? — невозмутимо поинтересовался Грозный Глаз, словно спрашивал о самой обыденной вещи. — Смерти были? Кровяные язвы на месте укусов? Ампутированные конечности?
Студенты, сидящие ближе к преподавательскому столу, побледнели. Многие в зале с отвращением отложили ложки.
— Нет, что вы?! — пораженно воскликнула МакГонагалл. — Единственное — мы так и не узнали, кто это сделал.
— Аврорат этим займется, — сделал вывод Грюм и подал знак аврорам. — Олдридж, Керк, Дайсон. Пройдите с Минервой и извлеките книгу.
Дамблдор вышел из-за стола и подошел к Грюму.
— Полно, друг мой, стоит ли беспокоить Аврорат из-за такой ерунды?
— Мы можем забрать не книгу, а студента, который нас вызвал, — ответил Грюм. — Произведем допрос, накатаем протокол и заведем дело. Это статья, Дамблдор. Дезинформация Отдела Безопасности, применяющиеся санкции — пятьсот галеонов с лица или отработка сроком в полгода в Министерстве.
— Все верно, — улыбнулся ему Дамблдор и повел рукой на свободное место за столом. — Дети все же. Не присоединишься к завтраку?
Грюм резко обернулся к дверям Зала. Отпущенные им авроры уже возвращались на места, МакГонагалл недовольно глядела на книгу в руках Олдриджа. Ближайшие к нему студенты вздрогнули — глава Аврората славился своей непредсказуемостью, кто знает, что взбредет ему в голову: проверить действие книги на ком-нибудь из студентов или забрать одного с собой с подозрениями, что это сделал он. Гарри с ностальгией наблюдал, каким ровным шагом выступают авроры. Да, он всегда мог с уверенностью сказать, что выбрал профессию по душе…
— В другой раз. И еще, Дамблдор… — Грюм снова обвел стол преподавателей взглядом. — Я хочу забрать Северуса Снейпа на допрос. Открыто дело касательно одного из заключенных Азкабана. Нужен тот, кто был с ним близко знаком.
Снейп с обреченным видом поднялся, когда к нему вышли авроры. Дамблдор нахмурился.
— А ордер есть? Я бы хотел его видеть, Аластор. И я напомню, Северус был оправдан по всем пунктам.
Грюм усмехнулся.
— Это не арест, Дамблдор. Обещаю, скоро профессор вернется. Целым и невредимым. Нам нужны лишь его показания. Это не обсуждается! — вдруг резко рявкнул он.
Студенты вздрогнули.
Со стороны стола гриффиндорцев донесся еле слышный вздох. Старосты Слизерина, приподнявшиеся со своих мест, присели обратно, но весь факультет был словно на иголках, когда Снейп уходил из зала в компании авроров. Грюм еще раз окинул Зал взглядом, коротко попрощался с преподавателями и пообещал зайти к Дамблдору на чай вечером.
Авроры покинули Хогвартс. Завтрак возобновился, снова начались тихие беседы за столами студентов. Слизеринцы переглядывались, словно осиротевшие дети, даже не обращая внимания на злорадные взгляды со стороны других факультетов. Майкл хмурился, Миранда пошла успокаивать первокурсников. Драко оглянулся по сторонам, Гермиона и Невилл склонились к ним, чтобы никто иной не подслушал.
— Сегодня, Поттер?
Гарри медленно кивнул.
— Сегодня.
Майкл и Миранда долго беспокоились и под вечер решили написать письмо декану с вопросом, не нужна ли ему помощь от родителей. Слизеринцы в этот день ходили грустные, понурившиеся. Насмешники с других факультетов посчитали эти моменты благодатными для своих шуток и принялись задевать ребят со Слизерина, как только могли. Слизеринцы чуть не схватились за палочки, помогла только выдержка старост и их влияние на факультет. А вообще Гарри поразило, насколько крепко сплочен их факультет в такие тяжелые дни.