Вынув палочку на всякий случай, Джинни медленно ступала вперед. Страх овладел ею, она впервые вышла после отбоя и нарушила правила. Хотелось верить, что ее ведет интуиция.
Как ни странно, она пришла все-таки к библиотеке, где мадам Пинс тушила свечи. Заглянув за дверь, Джинни отступила на шаг назад и вдруг на кого-то наткнулась.
— Привет, Джинни!
Позади нее стоял улыбающийся Рон.
— Рон! Мерлин, как же ты меня напугал… — Джинни прижала руку к сердцу, которое сильно билось.
— Гуляешь после отбоя? — усмехнулся брат.
— Как и ты! — капризно заметила девочка.
— Я пришел за книгой, — Рон кивнул на библиотеку. — Но, видимо, придется завтра зайти, иначе мадам Пинс на нас донесет, что мы приходили после отбоя.
— Да, — с сожалением согласилась Джинни. — На втором курсе, наверное, сложнее учиться?
— Спроси у друзей, — фыркнул Рон по-доброму. — Вы же много общаетесь с Гарри!
— Да, много…
— Жених и невеста!
Джинни вспыхнула и толкнула брата в грудь со всех своих сил. Рон отшатнулся на несколько шагов назад.
— Не смей так говорить, Рон!
Брат только отмахнулся.
— Да шучу я. У меня подарок тебе… С поступлением в школу, так сказать, — Рон начал копаться в сумке, которая висела у него на плече. — Давно приготовил, но не смог отдать, потому что ты на Слизерине… Не хотел это делать при всех, ты же знаешь, в каких я отношениях с этим Малфоем, зазнайкой и очкариком.
— Не называй их так! — снова высказала ему Джинни.
Рон не обратил внимания на ее слова и продолжил молча копаться в своей сумке.
— О, нашел! — через время воскликнул он. — Вот, держи…
Он извлек потрепанную книжечку в старинном переплете черного цвета. Джинни резко побледнела, в голове разом сложились разрозненные мысли в единую мозаику. Рон протягивал ей дневник Реддла. Девочка с испугом заглянула ему в глаза — они были
ясны. Действие зелья Империо полностью убирало внешние признаки заклятия Подчинения, так, кажется, говорил Гарри. Джинни с трудом улыбнулась и протянула дрожащую руку.
— Что это, Рон?
— Это дневник, тебе! — улыбнулся брат. — Наверное, магический. Ну, попробуй что-нибудь написать там, а потом расскажешь. Ладно, пока, Джинни!
— Пока… — только и сумела вымолвить заплетающимся языком девочка.
Страх сковывал сердечко. Джинни стояла посреди коридора и держала в руках крестраж. Она его получила. Следует ли отдать его Гарри или промолчать и повторить то, чего она никогда не совершала в своей жизни, но сделала уже в параллельном
мире?
Гарри сказал, что не знает, как победить, если дневник будет не у нее и все события из его памяти не повторятся. К счастью, Джинни точно знала, что за воспоминания хранил мальчик — Гарри все подробно ей рассказал тогда, в Малфой-мэноре. Тогда не благоразумнее ли утаить то, что дневник найден, и, так сказать, принести жертву во имя всеобщего блага? Джинни вспомнила, как Гарри сказал, что ее не отчислили и не убили на втором курсе. Значит, он и в этот раз сделает так, чтобы это осуществилось. Она ему всем сердцем доверяла. Крестраж будет уничтожен, василиск убит, и цена — всего лишь год ее одержимости Темным Лордом? Джинни не осознавала, что у нее уже нет выбора, когда шла к подземельям, точно сомнамбула, прижимая к груди дневник. Книжица уже была дорога ей, как мысль о победе…
— Гуляете, мисс Уизли?
Джинни вздрогнула и обернулась. Перед ней стоял Дамблдор и улыбался. Очки его посверкивали в свете факелов.
— Профессор… Извините, я ходила в библиотеку, но…
— Я понимаю, — кивнул директор и взглянул на нее поверх очков-половинок. — Взяли книжку? Уроки — это важно, без сомнения. За стремление к знаниям не может быть наказания.
— Да, сэр, спасибо, сэр…
— Однако я бы посоветовал больше не ходить по коридорам ночью! — Дамблдор кивнул ей и улыбнулся на прощание. — Ступайте, мисс Уизли, легкой вам учебы!