— Это было просто! — вдруг сказал Локонс, поднимаясь из–за парты. — Должен сказать, я знал это, мистер Малфой, как любой уважающий себя преподаватель. А теперь, если вы не против, мы продолжим…
— Мы же еще не приступили к практике! — вдруг возмутилась Пэнси, ласково улыбнувшаяся Драко.
— Интересная теория! — тихо подтвердил Дин.
— Вы могли и рассказать, если бы знали, — дополнила Гермиона.
В классе поднялся шум, за проведение нормального урока просили все слизеринцы и даже часть гриффиндорцев, которых зацепил преподавательский дух Драко. Локонс подавленно взмахнул рукой, призывая к тишине.
— Если вам так угодно, ради Мерлина. Но я иду к директору и профессору Снейпу. И пусть они разбираются с вашим неуважительным ко мне отношением!
Он резко пронесся мимо них с развевающейся мантией — на сей раз у него здорово получилось спародировать Снейпа. Когда дверь хлопнула, класс растерянно обернулся к Драко, некоторые гриффиндорцы глядели со злорадством.
— О каком уважении он говорил? — хмыкнул во всеуслышание Драко и взмахнул палочкой. — Ну, и кто хочет попробовать заклинание?
Встали немногие, кому действительно был интересен предмет и тема. Гермиона и Невилл, Дин, Симус, все еще потиравший красную шею, Парвати, Пэнси, Крэбб и Гойл (скорее, из уважения к Драко). Драко довольно повернулся к Гарри и поднял бровь. Ему пришлось тоже встать.
— Разделитесь на пары! — приказал Драко.
— А ты точно знаешь, что делаешь? — с опаской спросила Парвати, становясь напротив Паркинсон.
— У меня большой опыт в использовании этого заклинания, — отмахнулся Драко. — Невилл! Эй, Невилл, стой, ты будешь в паре с Поттером! Гермиона, ты со мной. Крэбб с Гойлом, Пэнси, ты с Парвати. Симус, ты в порядке, шея не болит? Значит так, ты с Дином. Построились, молодцы! Те, кто будет просто смотреть, уйдите в другой конец класса, чтобы не попасть под заклятие…
Гарри переглянулся с улыбающимся Невиллом. Невилл не знал, да и не мог знать, как умело Драко строил первый отряд «Альфа», когда стал заместителем главы Аврората. Как твердо и прямо стояли ребята, отправлявшиеся на самые опасные из заданий! Как они по одному слову Поттера или Малфоя шли куда угодно… И ни одного глава Аврората не считал своим подчиненным, все были его друзьями до тех пор, пока не погибли в северных скалах Шотландии…
Все трое заученным движением невербально наложили на себя Дезиллюминационные и Связующие чары. В состоянии невидимости легко было потерять друг друга, поэтому эти чары были базой обучения в Академии Аврората. Где–то раздался вскрик Кетрин. Затем шум битвы прекратился. В тишине коридоров почти отдавались гулом удары их сердец.
— Они… Мертвы?
Шепот Питера раздался неожиданно громко. Гарри втянул голову в плечи, но заклятия не торопились поражать так нелепо выдавшую себя цель. Очевидно, невидимые Пожиратели еще не успели проникнуть в этот зал.
В ответ он лишь сжал локоть Питеру. Парень был совсем молод и зелен, не успел толком повидать битв, смерть была для него внове, и спокойно отреагировать на положительный ответ он вряд ли бы смог. Но сомнений в его правоте не оставалось, как и в том, что тел бывших соратников, живыми они были или мертвыми, они не найдут. Гарри ощутил, как глаза щипают редкие слезинки.
Он был закаленным бойцом, но терять своих ребят он так и не привык. Ему не раз приходилось смотреть смерти в глаза, чувствовать ее ледяное дыхание, когда она пролетала в дюйме от него и поражала товарища. Но он так и не привык. Каждая потеря заставляла его смотреть в глаза людям, чьего ребенка он не смог защитить от гибели. Каждая смерть убивала где–то глубоко внутри частичку его самого. И все же он до конца надеялся. Надеялся, что соратник встанет, усмехнется, откинет с лица волосы и ринется в бой…
Питеру, которого он помнил, на данный момент было семь лет. Он поступит в Хогвартс, когда Гарри перейдет на шестой курс. На распределении тогда он не присутствовал, но мальчишку с Хафлпаффа, пучеглазого и тихого, отлично помнил.
Некоторые из присутствующих на уроке ребят оказались в Аврорате к своим двадцати пяти годам, но не успели войти в отряд «Альфа» на тот момент.
Драко гордо вышагивал между парами, расставляя ребят в пяти шагах друг от друга. Парты, трансфигурированные им в матрасы, уже стояли за их спинами. Кажется, друг забылся, но отвлечь его сейчас не могло и появление профессоров в дверях.