— Протокол допроса Марка Сендлера готов, я могу сама вклеить бумагу в его дело. Тогда Визенгамот рассмотрит его уже лично! — Деметра скромно опустила взгляд, стесняясь смотреть на легенду этого времени.
Гарри устало потер лоб и взял протянутый протокол.
— Нет, спасибо, Деметра, я сам с ним сегодня ознакомлюсь.
— Рабочее время закончилось, — сообщила сочувственно Деметра. — Может, пойдете домой? Ваша супруга просила вам передать, что ждет вас раньше с работы, и напомнить, что сегодня к вам придет в гости мистер Малфой.
Гарри бросил взгляд на часы. Без десяти семь — как раз есть время ознакомиться с данным протоколом, тем более тема более чем интересна.
Отпустив Деметру, Гарри откинулся на спинку кресла и принялся вчитываться в разборчивый, чуть косой почерк, в то же время наливая себе огневиски в маленький бокал. Значит, предатель сознался. Сендлер, поганец. Даже спустя десятилетие после окончания войны приходится еще рыться в этом дерьме и разбирать дела бывших Пожирателей. Авроры сработали как всегда чисто и аккуратно — ублюдок признался, что не использовал на людях запретное Империо, но сделал намного хуже. Заклинание Мании заставляло их слепо любить дело Темного Лорда, а снятием чар не прекращало своего действия. Только смерть Волан–де–Морта давала свободу.
Гарри зло сплюнул и отставил на стол пустой бокал. Заклинаний, подчинявших себе разум и чувства людей, всегда было много и разной степени жестокости. Но это наряду с Империо показалось ему особенно ужасным. Люди чувствовали боль, отдаляясь от объекта обожания. И Темный Лорд отсылал их как можно дальше, может, проводил эксперименты, а может, ради забавы. Такие люди никогда собой не управляли, но Империус был все же более гуманным, так сказать, для тех, кого терять жалко…
Видимо, Джинни не жалко. Гарри сжал палочку.
— Хорошо. Значит, будем ждать.
Глава 26. Ночной дозор
Вторая половина ноября принесла легкие сухие ветра, несущие на своих крыльях мелкие снежинки. Приближалась зима, что чувствовалось отменно, особенно по утрам, когда во дворе и в подземельях каждый выдох теперь сопровождался паром. Относительное тепло царило в гостиной, постоянно поддерживаемое каминами и факелами. Именно там теперь собиралось рекордное число слизеринцев. Еще одна неделя осталась позади, не отличившаяся ничем особенным. Замок успокоился. Нападений больше не было, неведомый Наследник не проявлял себя.
А впрочем студентов теперь гораздо больше волновало другое — исход первого матча по квиддичу в этом сезоне. Отложенный из–за несчастного случая с Полумной, матч теперь приближался, переноситься на декабрь не собирался, вызывал сильные трения между учениками Слизерина и другими факультетами. Школа прослышала о том, что у слизеринцев новый ловец, Гарри Поттер, и к нему теперь относились с легкой ноткой презрения, но явно никто этого не выказывал. Флинта, однако, сильно беспокоила возросшая популярность его ловца–второкурсника, и не без подсказки со стороны Майкла и Снейпа он приставил к нему настырный конвой, чтобы другие члены команды охраняли его от возможных покушений. Слизеринцы окружили со всех сторон, не оставляя даже возможности помечтать о свободе. Драко, Невилл и Гермиона, однако, беспрекословно следовали за ним, не пожелав бросать друга одного в этой навязчивой компании.
Двадцать третьего ноября в утро факультет Слизерин ровным строем шествовал в Большой зал на завтрак. Семеро студентов выделялись среди остальных, одетых почти одинаково — на них были зеленые мантии. Метлы игроки оставили в гостиных, так как матч будет после обеда.
— Все взяли теплые мантии? — беспокоилась Гермиона, разглядывая одежду своих друзей.
Драко привычно продемонстрировал серебристо–зеленый шарф с гербом Слизерина и забросил его махровый край за плечо. Замок, уже по–зимнему вымороженный, свистел сквозняками в коридорах, более или менее можно было скрыться от них только в непроветриваемых подземельях, где нехитрая система вентиляции не проводила их. Поэтому на лестнице, ведущей на первый этаж, слизеринцы дружно поежились и запахнули теплые мантии.
Невилл втянул голову в ворот мантии, но он был настолько утепленный мехом, что Гермиона решила не заострять внимания на отсутствии шарфа. Гарри по привычке не обратил внимания на нее, выглядывая рыжую голову в толпе первокурсников.