— Невилл, а что это? — мальчик кивнул на кокон из тряпок в его руках.
— Дурман шотландский, — ответил Невилл, ласково приглаживая выглядывающий росточек. — Саженец. Выведен профессором Стебль от соединения дурмана обыкновенного, мака и еще пары сонных трав. Особых магических свойств кроме сильного снотворного воздействия не имеет, но на основе его можно приготовить хорошее сонное зелье. Мы его еще не очень хорошо изучили. Бабушке поможет, ей от профессора Стебль привезу. Ты собирайся скорей, а я к профессору Снейпу, — Невилл подхватил одной рукой ком тряпок, другой свой сундук, и направился к дверям. — Кстати, я могу дурман у тебя в комнате оставить? В мэноре. Просто на прошлое Рождество дядя Фрэнк и его любимый книззл все мои саженцы…
— Нет проблем, — хлопнул Гарри друга по плечу. — Оставляй.
— Спасибо! Я заберу его через пару дней.
Невилл ушел, хлопнув дверью и по пути неуклюже споткнувшись о порог. Гарри с трудом закрыл свой чемодан и, воспользовавшись магией, выставил его к двери. На каникулы он решил не оставлять ничего в школе; была одна только вещь, которую он побоялся класть куда–либо, слишком хрупкая и дорогая ему. Гарри сел на кровать и взял с тумбы маленькую стеклянную сферу, в которой теплился яркий огонек. Подарок Джинни. Под этот свет он спокойно засыпал по ночам, зная, что раз он горит так ровно, значит, ее жизни ничто не угрожает. Он почти не отдавал тепла, но гораздо важнее было тепло, с которым он был ему подарен.
Джинни забрали на каникулах домой и обещали привести в мэнор на Рождество.
Решив больше не рассиживаться — очень уж он хотел увидеть поскорее Эвелин и Руди! — Гарри запахнул на горле мантию, в одну руку взял, как Невилл, свою сферу, в другую — чемодан, и вышел из комнаты.
***
— Гарри! — обрадованный Руди бросился к нему навстречу прямо в камин, из которого Гарри так и не успел выйти. Маленькая Эвелин, до того посасывающая крохотный кулачок на пушистом ковре у громадной ели, обернулась на громкий вскрик брата и потянулась к ним.
— Руди, мелкий! — Гарри, широко улыбаясь ему в ворот, вынес его из камина и вытащил свой чемодан, оставив на полу полосы сажи.
— Привет, Гарри, — подоспел Сириус и взмахнул палочкой, убирая золу. — А мы уже волновались! Рудольф, — голос отчима стал строже. — Дай Гарри отдышаться, не дави, успеешь еще наиграться.
— А ты к нам надолго? — не отставал счастливый брат, но с рук слез и потянул дальше в зал. — А ты заберешь меня в Хогвартс?
— Сам скоро пойдешь, — Гарри оставил чемодан приветливо взмахнувшему ушами Добби, поздоровался с ним и подхватил с пола ползущую к ним сестру. — Эви…
— Хулиганка, — пожаловался, радостно скалясь, Сириус. — Чует Хогвартский дух. Уверен, как говорить научится, сразу начнет требовать забрать ее в школу! Уж как мы с ней до одиннадцати лет дотерпим?
— А я скучал по тебе, Гарри!
Эвелин еще не говорила, но что–то утвердительно пробулькала.
— Мистер Поттер, рад встрече, — перед ними возник Люциус и приветливо протянул руку для рукопожатия. — Полагаю, мы скоро решим вопрос касательно василиска и крестража?
— И вас с наступающим Рождеством, Люциус, — усмехнулся Гарри, пожав ему руку. — Решим. У меня есть некоторые соображения насчет него, но я выскажу их, когда все соберутся.
— Можешь высказать их мне уже сейчас, Поттер, — к ним хромал из дальнего кресла Грюм. — Как тебе мои авроры? Теперь, когда выбью из министра дозволение, будут с нового семестра на каждом углу стоять мне! Чтобы больше никаких нападений на детей не было. Ответственным тебя назначу, пусть и негласно!