— Отлично, спасибо!
— Рон, ты идешь?
Рон застенчиво топтался в коридоре рядом с ними. Гарри с любопытством взглянул на него.
— Мы слышали, что ты на каникулах болел, Гарри, — наконец, вымолвил он и покраснел до ушей. — Надеюсь, сейчас все в порядке. Выздоравливай.
— Да… — удивленно ответил Гарри и развернулся к нему. Дамблдор ослабил свое заклинание и перед ним тень настоящего Рона, или осознал полностью свой поступок и теперь пытается исправить положение? — Спасибо, Рон.
— Буду рад, если ты составишь мне как–нибудь компанию и полетаешь со мной на метле…
— Да, как потеплеет, с радостью…
— Ну, пока, Гарри!
И Рон поспешил покинуть коридор вслед за одноклассниками.
— Что это было? — удивленно выпучил глаза Драко.
***
День экзамена настал внезапно — школа гудела как пчелиный улей. Радости в досрочной сдаче экзаменов не было никакой, но ученики упрямо ходили по школе с учебниками, что–то зубрили по конспектам, втихомолку практиковались в свободных кабинетах в боевых чарах. В библиотеке закончились книги, и мадам Пинс строго вела им всем учет, выдавая в порядке очередности: учебники и практические руководства расхватали в первую очередь, на любую тему и любой сложности, так как сдавали экзамены хоть по пять–десять человек, но с каждого курса. Пропал даже старый страх перед монстром Тайной Комнаты — студенты проходили мимо таинственной надписи на стене второго этажа, увлекшись чтением, а маленькая виновница произошедшего как все учила Защиту от Темных Искусств, не отвлекаясь на всякие глупости вроде ведения дневников.
Локонс, которому было поручено проведение экзамена, не пожелал разделить курсы по времени сдачи. Члены Попечительского Совета не одобрили такой подход, но вмешиваться не стали — очевидно, здесь осторожно нажали со своей стороны Лили и Люциус, чтобы не спугнуть учителя раньше времени.
Утром в пятницу в середине января пробуждение к построению вышло необычным. Гарри подскочил на кровати от грохота упавшей на пол вазы. Гермиона, сидевшая на кровати Драко с палочкой в руке, испуганно вжала голову в плечи.
— Прости, Гарри! Прости, Невилл!
— Мы упражняемся перед экзаменом, — беспардонно заявил Драко, ставя тяжелую вазу на место.
— А мы спим! — возмущенно проворчал Невилл, но тем не менее сел на кровати. — Который час?
— Через пятнадцать минут построение.
Гарри попал в ванну после Невилла. Снял очки, потер сонные глаза и одним глотком выпил последнее зелье, данное Снейпом. Представил твердый щит в сознании и, глубоко вздохнув, открыл глаза. Это было первое утро, когда он не видел в зеркале завал из камней за своей спиной, а собственное отражение не смотрело на него с пугающей серьезностью исподлобья. Подействовало. Гарри широко заулыбался сам себе и даже плеснул в лицо холодной воды, чтобы удостовериться, что ему не кажется.
— Чего такой довольный? — встретил его прохладным вопросом Драко.
В последние дни Гарри отдалился от друзей, потому что убедить себя в том, что вернулось на круги своя, не мог, и подозрительный глава Аврората внутри все еще выглядывал мельчайшие неправдоподобности в окружающем мире. Сегодня сомнения отпали.
— Зелья Снейпа помогли, — ответил Гарри, еще пытаясь скрыть радость. — Я больше не вижу в зеркалах ничего плохого.
— Правда? — друг поднял на него заинтересованный взгляд. — Отлично. Нужно ему сообщить!
— Я должен попросить у тебя прощения за эти дни.
— Не хочешь — не проси, — хмыкнул Драко, но его он отлично понял. — Я рад, что ты вернулся, а то по вечерам без тебя в гостиной как в трауре сидим.
— А я и не знал, — улыбнулся Гарри.
Даже если зазеркалье еще не окончательно утратило свое влияние на него, на сердце полегчало. Теперь не хотелось жмуриться при входе в туалет, при виде зеркал Гарри больше не прикрывался рукой, делая вид, что трет висок или поправляет волосы, и подвоха вокруг он больше не искал.
К тем, кто сдавал сегодня экзамен Локонсу, Снейп проявил необыкновенное милосердие и позволил уйти с его занятий тренироваться. Глядя, как уверенно Драко руководит ребятами и с каким вниманием они его слушают, Гарри даже испытал легкую зависть — друг показал себя лучшим учителем, чем был он. Тем не менее именно на нем была подготовка старших курсов, которые сходились в подземелье постепенно и всегда очень робко спрашивали совета у второкурсника.