— Да я–то что, я молчать буду, — подернул плечами Флинт и оторвался от стены. — Ладно, Поттер, жду тебя на поле, — и хлопнул дверью, куда–то резко заторопившись.
— Зачем ты ему сказал? — поинтересовался Невилл, тоже поднимаясь и спеша занять место у зеркала.
— Чтобы подарить слизеринцам ощущение праздника. Он же явно намекнет всем и всюду, что вечером что–то будет.
— Хочешь спасти школу от уныния? — скрыл за кашлем смех Драко. — Я уже выходил наружу и вспомнил стиль Локонса в организации праздников. Невилл, тебе стоит на это взглянуть. И еще кое–что вспомнил… Поттер, надеюсь, ты не будешь ругаться, что я отправил тебе валентинку?..
Заклятье Парализации ударилось уже в хлопнувшую вторично дверь. Веяние розового аромата устремилось вслед за ним.
В гостиной Драко удачно скрылся от него за Гермионой, с восторгом принявшей от него открытку и розы под завистливыми взглядами сокурсниц и девчонок
постарше.
За пределами гостиной авроры, стоявшие на каждом углу, свысока взирали на творящийся в школе бардак, но в подземельях было еще не очень много летающих гномов в пачках. Зато на верхних этажах они сновали по коридорам целыми процессиями, бесцеремонно врываясь в классные кабинеты на парах к вящему неудовольствию преподавателей. Памятуя о подло подосланной Драко валентинке, Гарри передвигался настороженно, а на первом этаже и вовсе предпочел пройти невидимкой.
Валентинки в исполнении купидонов Локонса получали не только студенты, но и молодые авроры. Над одним таким несчастливцем потешались сотоварищи по службе, когда гном вцепился ему в ноги и при толпе хриплым голосом начал зачитывать стихотворение, сочиненное какой–то слезливой старшекурсницей. Что до малышни, то дети покатывались от смеха.
Свой купидон нашелся и на Гарри, но уже к вечеру, когда он возвращался с тренировки.
— Эй, ты, Гайи Поттей!
Гарри вздрогнул и припустил по коридору к Большому залу, вспомнив, что забыл при входе в школу надеть на себя невидимость.
— Эй! Дейжите його!
Несколько гномов бросилось ему наперерез, и Гарри споткнулся об одного из них. Метла вылетела из рук и отлетела в сторону, но уже во время падения мальчик выхватил из рукава палочку.
— Обезъяз!
Толпа охочих до представлений студентов начала собираться вокруг них с гномом, а купидон замер, схватившись за горло и вытаращив на него огромные глазищи. Пара авроров у выхода в коридор заржали и поаплодировали ему. Улыбаясь смеющимся ребятам, Гарри поднялся с пола, приманил метлу чарами и присел рядом с гномом.
— Ну, что, еще хочешь прочитать?
Тот резко замотал непропорциональной головой, хрипя. Движением палочки он снял заклинание, и гном решил убраться подобру–поздорову, но Гарри его остановил и извлек из внутреннего кармана мантии клочок бумаги.
— Не так быстро. Сначала отнесешь вот это послание…
Розово–рюшечное безумие встретило его уже в дверях Большого зала, и мальчику даже показалось, что он ошибся дверью. Стены зала были сплошь увиты пышными, ядовито–розовыми цветами, с бледно–голубого потолка сыпались конфетти в форме сердечек. Гарри подошел к своему столу — Невилл сидел с таким видом, как будто не понимал, где находится; Драко встречал его широкой улыбкой, явно ожидая эмоционального рассказа о борьбе с купидоном; что до Гермионы, она то и дело хихикала.
— Как тебе мое поздравление, Поттер? — насмешливо проговорил Драко, манерно растягивая слова.
— Неплохо, — улыбнулся в ответ Гарри. — Думаю, мое тебе понравится больше. О, а вот и купидон!
Улыбка сползала с лица друга, как густая манная каша, по мере приближения грозного вида гнома. Слизеринцы, услышавшие их разговор, любопытно вытягивались на местах в ожидании представления; больше всего радости в происходящем Гарри доставила улыбка Джинни, которая тут же коварно подмигнула.
— Я помню, ты говорил, что я тебе посылала валентинку, — промолвила девочка. — Надеюсь, ты не обидишься, если я скажу, что не отправила ее на этот раз?
— Да нет, Поттер в восторге, — зло ответил Драко и попытался выбраться из–за стола, но не тут то было. Купидон взлез на стол и ткнул в него корявым пальцем.