— Там Гермиона!
К нему обратились огромные желтые, с черной вертикальной чертой глаза змеи, и внутренне Гарри ощутил тупой удар куда–то в грудь. Но василиск не думал нападать, хотя его шипение говорило об обратном. Его удержали.
Позади василиска вспыхнул и погас яркий луч, как вспышка сигнального огня.
Змея стремительно вползла в двери туалета для девочек, открыв для взора маленькую фигурку рыжей Джинни, которая лежала в дальнем углу без сознания с дневником в руке.
Гермиона медленно грохнулась на пол, расплескав воду.
Глава 30. Тайная Комната Салазара
Весна незаметно раскинулась по окрестностям Хогвартса. Покрывались зеленью холмы, сходили подтаявшие снега, постепенно просыпался Запретный Лес, шевеля ветвями на теплом ветру. Но для Гарри пейзаж утратил былую прелесть — для него вообще теперь не было ничего важнее самочувствия Джинни, а девочка увядала на глазах: она отощала так, что скулы заметно выделялись на лице, запястья стали тонкими и хрупкими; глаза впали, темные круги под ними резко контрастировали с бледной кожей. От миссис Уизли писем Гарри не получал, но не сомневался, что те, которые получали братья Уизли за столом Гриффиндора, были полны ее тревог.
Нападение на старосту Слизерина окончательно подкосило слизеринцев, но и заставило поверить в непричастность их факультета к бедам другие факультеты. Миранду знали как добрую и отзывчивую девушку, справедливую ко всем, и к Больничному Крылу сходились сочувствующие. К сожалению, когда Драко и Гарри пытались навестить Гермиону, Больничное Крыло было закрыто для посещений.
— Простите, но мы полностью отгородились от внешнего мира. — Мадам Помфри разговаривала с ними через узкую щелку, чуть–чуть приоткрыв дверь. — Чтобы исключить повторное нападение на своих пациентов. Преступник может появиться в любую минуту…
В замке дела шли хуже некуда, но хоть извне приходили более менее утешающие вести. Гарри получил письмо от мамы, в котором она выражала соболезнования им с Драко и просила не лезть на рожон. Сириус приписал снизу, что они приступили к поиску крестражей, а Грюм забрал медальон Темного Лорда в Министерство, чтобы уничтожить сразу после дневника. Люпин также отправился на поиски змеи путешествовать в стае оборотней.
Он сидел на уроке в это время вместе с Невиллом. Ощущавший упадок боевого духа Драко сказался больным и теперь не посещал занятия с разрешения Снейпа. Прочитав послание, Гарри с трудом сглотнул и, повернув голову, посмотрел на то место, где еще совсем недавно сидела Гермиона. Пришла пора принимать решение. Это укрепило его дух. Его план был относительно прост и обсужден с Грюмом и Снейпом заранее — Гарри собирался проникнуть в Тайную Комнату и поговорить с василиском о мировой, но была и проблема, а именно — ужесточился контроль за гостиными студентов, и авроры стояли целыми взводами на этажах, вылавливая каждого, кто хоть немного оказывался под подозрениями. Поскольку хождение по замку и прогулки после шести были запрещены, общая гостиная была постоянно полна народу. Говорить было о чем, и слизеринцы не расходились по спальням до полуночи.
Снейп решил эту задачу, оставив его у себя после уроков. Гарри сразу после ужина достал из кармана мантию–невидимку и весь вечер проносил ее тонкой подушкой под рубашкой, ожидая, пока настанет момент. Друзья, кроме Драко, составили ему компанию в личных комнатах Снейпа. Долго играли с Невиллом в исчезающие карты, зрителем была Джинни. Она сидела в любимом кресле Гермионы и наблюдала за игрой с самым несчастным видом.
Гарри подождал, пока наверху захлопнутся двери спален и отряд авроров в подземельях сменится, накинул на себя мантию–невидимку и выскользнул из кабинета Снейпа.
— Удачи, Поттер, — донеслось ему вслед. — В случае, если освободитесь раньше утренней смены караула, приходите к Больничному Крылу.
Начался еще один нелегкий переход через замок, полный дежуривших преподавателей. В конце концов он благополучно добрался до коридора второго этажа, обошел отряд авроров у входа на этаж и прошел туда, где, по его мнению, мог находиться Драко. Карта Мародеров, предусмотрительно взятая с собой, показала его на одном из подоконников.
Легкие невербальные чары порывом ветра ринулись вперед, и невидимость слетела с безразлично сидящего у окна друга.