— Сразу в Шармбатон? — Грюм повращал своим глазом, о чем–то задумавшись. — Ах, да, с днем Рождения, Поттер.
— Спасибо, Аластор.
Очистив письмо волшебством под подозрительным взглядом Кикимера, выглянувшего из кухни, и не менее подозрительным — Грюма, Гарри развернул его, встряхнул и зачитал вслух.
«Здравствуй, Поттер!
Пишу тебе я, хотя Гермиона вырывает из рук перо, а Невилл диктует под руку. Чемпионат по Квиддичу прошел великолепно, зря тебя тут не было. Наши победили, но, думаю, в Косом переулке об этом и так на каждом углу плакаты развешаны, а Пророк захлебывается восторгами. Гермиона чуть не вывалилась за ограду, когда в свой бинокль рассматривала последний гол наших. Но об этом и обо всем другом позже, когда увидимся лично. Мы остановились в Ле–Виллаж, гостиница «Le monde magique», чемоданы оставишь у портье, нас найдешь в зале.
Драко Малфой!»
— Отлично, — проворчал Грюм и прошел в лабораторию, где хлопотала над Оборотными зельями Лили.
Гарри счел нужным подняться в свою комнату и выкатить готовый еще со вчера чемодан в прихожую, но на пути его остановил Сириус.
Крестный–отчим почти не изменился. Горели веселым огоньком голубые глаза, вокруг век появились веселые морщинки, а волосы подравнены и аккуратно уложены, но пара особо упрямых длинных прядей все равно упали на скулы. Сириус откинул их и бодро кивнул Гарри.
— Собрался, Гарри?
— Волнуюсь немного, — признался, улыбаясь Гарри. — Никогда раньше не бывал в Шармбатоне.
— Я тоже, признаться по секрету, — Сириус подмигнул и улыбнулся. В коридор по мягкому ковру выползла маленькая Эвелин и, пуская слюни на подбородок, поползла к ним. — Надеюсь, ты не сильно разочарован, что не попал на Чемпионат по Квиддичу?
— Говорят, игра была великолепна, — пожал плечами Гарри и подхватил сестренку на руки. — Но разобраться с крестражами важнее, да и дожидаться вестей от подразделения «Альфа» спокойнее здесь, чем во Франции. Я, по правде, и сам мог съездить в Албанию, если бы не этот Надзор…
Они прошли на кухню и под внимательным взглядом Кикимера, готовящего жаркое, утащили с кухни пару пирожных.
— Грюм обещал, что сможет снять Надзор раньше следующего лета, но это еще придется потерпеть.
— На кого его тогда переложат вместо меня? — полюбопытствовал Гарри.
— На миссис Фигг, с Тисовой улицы. Дамблдор сказал, что она сама предложила свою кандидатуру, но я не сомневаюсь, что Дамблдор умеет говорить так, что у собеседника не остается иллюзий насчет наличия у него выбора.
— Брось, Сириус, — поморщился Гарри, улыбаясь. — Мы прояснили, случившееся с Роном — не рук Дамблдора дело.
— Но кто–то же сделал это. Кто–то передал Джинни дневник. Тебя это не заботит?
— Это откроется со временем, — его голос стал жестче. — Пока же я уверен, что ничего серьезного не случится. У нас есть свободный год на поиски крестражей, нужно ими заняться основательно, потому что до четвертого курса осталось не так уж и много времени.
Эвелин стащила у него из рук пирожное и надкусила прорезавшимися молочными зубами, и Сириус, радостно скалясь, перехватил ее на руки и зацеловал.
— Сириус, — задумчиво позвал его Гарри, разглядывая их отражение в зеркале. — Именно в этот день ведь мы с тобой впервые встретились. Ты следил за мной, когда я сбежал от дяди и тети.
— Я же не мог оставить тебя одного даже тогда, — улыбнулся Сириус, но прежняя веселость уже пропала. — Наверное, я каждый день должен благодарить тебя за такое будущее, Гарри. Хотя даже не знаю, какое оно было бы, не закрой ты тогда свою маму щитом… Тяжело все это помнить; я же знаю обо всем из ваших отрывочных воспоминаний, а другое дело — знать каждую мелочь, которая не стирается из памяти, как бы ты ни хотел ее забыть.
— Я покажу тебе однажды, — улыбнулся Гарри и сжал маленькую ручку Эвелин. — Оставлю флакон с воспоминаниями…
— Ладно, ладно! — в коридор из лаборатории вышел Грюм, за ним маячило взволнованное лицо мамы. — Пора, парни, у меня и без вас дел невпроворот!
Тут же все засобирались, поднялась суматоха. Редкие картины на стенах махали им, желали приятного путешествия, бабушка и мама по очереди несколько раз обнимали мальчиков, пока Сириус и Грюм тащили чемодан в прихожую. Наскоро попрощавшись с Кикимером, который при расставании с Руди даже утер какой–то тряпкой скупую слезу, Гарри все же удалось выйти за Аластором.