— Да, а теперь я во Франции, — восторженно молвила Джинни. — Шармбатон отсюда не видно, он в горах, но говорят, завораживает… Это волшебное лето!
— После такого года — заслуженно! — сообщил Драко и отставил пустую чашку в сторону.
Гермиона, вытаращив глаза, пнула его под столом.
— В тебе совершенно отсутствует чувство такта и деликатности, — услышал Гарри ее шепот, но Джинни не изменилась в лице и вообще не показала, что еще как–то переживает из–за прошлого года, поэтому пинать друга в свою очередь он не стал.
— Зато присутствует любовь к красоте и эстетике, — не остался в долгу Драко и поднялся со стула. — Раз Поттер уже выпил свой Magnifique café, а Руди торжественно прикончил последний кекс, — Руди смущенно отполз подальше от пустого подноса, но все только рассмеялись. — Предлагаю, наконец, посвятить время экскурсии в холмы, где нас ждет Шармбатон.
Гермиона и Джинни тут же слетели со стульев и устремились к тропинке, ведущей к гостинице, Невилл поспешил за ними, незаметно, как ему казалось, запихивая последний кекс в карман. Билл пошел договариваться с портье, и у Гарри было время осмотреться. И осмотреть друзей.
— Приучаешь Гермиону к роскоши? — тихо хмыкнул он, разглядывая новую пушистую муфточку на девочке поверх изысканного платья цвета спелого каштана. — Осторожнее с этим.
— Моя леди будет лучше всех, — довольно сказал Драко. — Ей и впрямь очень идет.
— Идет, — согласился Гарри. — Но не забывай, что это мы с тобой смотрим на них и видим любимых, в чем бы они ни были. Гермиона не была завидной невестой из–за, так скажем, своей крови и отсутствия приданого, но стоит ей появиться в таком виде у нас, и к ней выстроятся толпы поклонников. Тринадцать лет — уже солидный возраст для заключения помолвок, к тому же она теперь слизеринка, растет красавицей, каких поискать. Смекаешь? Ты сам копаешь себе яму.
— Яму себе копает тот, кто вздумает даже подумать о ней как о потенциальной девушке или невесте, — мрачно ответил Драко. — А что это ты за кровь заговорил? Ты стараешься опускать эту тему обычно.
— Я рад, что ты не теряешь способность глядеть сквозь строки и видеть скрытый смысл, — Гарри понизил голос, и Билл подошел к ним, поняв по кивку мальчика, что этот разговор его уже касается. Они пошли по какой–то боковой улочке, ведущей к речке. — Мы не приехали на матч, чтобы я мог дождаться вестей от Аластора; как вам известно, он послал подразделение «Альфа» в Албанию на поиски змеи и, по возможности, Волан–де–Морта.
— Вести пришли?
— Они следов не нашли, но и вглубь лесов заходить не стали. Сегодня мы с Руди ехали в «Ночном рыцаре», и Стэн Шанпайк рассказал, как какой–то человек заплатил им много золота, чтобы его тайно отвезли в Албанию.
— Тайно? — нахмурился Билл.
— Албания… Стэн не умеет хранить секреты по долгу службы, — сообщил Драко тихо. — Оно и понятно, такая работа, хоть о чем–то поговорить хочется.
— Мне пришлось заглянуть в его память. Это был Барти Крауч младший.
— Не слишком ли рано? — насторожился Билл.
— Вот и мне показалось странным. Возможно, так было и у нас с Драко, просто я об этом не знал.
— Ты его точно опознал? — встревожился Драко. — Может, следует направить «Альфу» еще раз, на этот раз уже по следам?
— Аластор не сможет, — уверенно покачал головой Билл. — У министра все меньше доверия к нему, а Грозному Глазу и этот рейд пришлось выдать за массовые отпуска, с доплатой огромных премиальных. Более того, в Аврорат попадают новые люди, кто знает, есть ли среди них пособники Сами–Знаете–Кого или Фаджа? Впутывать в такое дело авроров уже опасно, Драко.
— И мне кажется, не стоит мутить воду раньше времени, — подумав, изложил свою точку зрения Гарри. — Мы не должны спугнуть Волан–де–Морта. Пусть лучше появится на своем месте в свое время, а не невесть когда. Мы многое знаем, но надо давать свободу действий и врагу, пусть даже она сильно призрачная. Пусть он ее видит. Тогда все будет хорошо.
— Хорошее решение, — нехотя согласился Драко. — Билл, а у тебя что с сейфом Лестрейндж?
— Ничего, — помрачнел Билл. — Гоблины наотрез отказываются впускать меня в сейф, с проверками или без них. Среди гоблинов тоже зреет скрытое недовольство политикой Министерства. Как вы знаете из газет, Фадж стремится наводнить «Гринготтс» своими агентами и упрочить свое влияние на гоблинов. Такие статьи обычно пишутся мелким шрифтом на последних страницах «Пророка». Гоблины, в свою очередь, недовольны притеснением и отвечают тем же. Все больше наших работников уходят на другую работу. Но мы своего добьемся.