Соблазн убить обоих, пока маглы заняты осознанием бытия, стал настолько велик, что Гарри даже поднял палочку, но два слова заклинания так и не смог произнести. Кляня себя, он забежал в ближайшую к выходу примерочную, снял с себя чары и вышел из магазина.
***
— Я не думаю, что этому нужно придавать серьезное значение, — задумчиво высказал свою точку зрения Сириус. — Я согласен, что это странно — встреча в подобном месте с Крэббом и Краучем. Если бы я был рядом…
— Что тогда? — хмуро поднял на него взгляд Гарри.
Сразу после прихода домой они собрались на семейном совете. Подумав, Гарри не стал сразу обращаться в Аврорат, ибо, зная Грюма, он с уверенностью мог бы сказать, что тот сразу отправит «Альфу» прочесывать Лондон в поисках Барти. Притихший Руди сидел на коленях бабушки в кресле, мама оторвалась от зелья и успокаивала сестру, а Сириус без дела слонялся по дому до их возвращения и теперь жалел, что не отправился с ними в Лондон.
— Я мог бы навесить на него маяк. Известно, что мы с твоим отцом, Римусом и Хвостом создали Карту Мародеров. Я бы вспомнил, что для этого нужно, и у нас была бы карта Барти Крауча.
— Магия высокого порядка, — с интересом заметила Вальпурга. — Не будем углубляться в научный спор, но карта должна быть закреплена на особое место, а Крауч может быть где угодно.
— Можно следить за конкретным человеком, где бы он ни был, — пояснил Сириус. — Я смог бы, но увы, меня там не было. А ты, Гарри, опять пользовался магией в людном месте, и Грюм тебе этого не простит.
— Не было выхода, они заметили бы меня, — пожал плечами Гарри. — Никогда не думал, что поход в Лондон может быть сопряжен с такой опасностью, ведь завяжись дуэль, пострадали бы маглы.
— Там могли быть камеры, — молвила недовольно Лили, укачивая Эвелин. — И все же я считаю, ты все правильно сделал, сынок. Аластор должен понять, а с Краучем… Главное, мы знаем, где он и чем интересуется. Учебник по ядерной физике… Сомневаюсь, что они сами разрабатывают свои бомбы, но кто–то для них это определенно делает, а ведь Волан–де–Морт еще даже не возродился.
— Я предлагаю не привлекать пока к этому внимания Аластора, — снова заговорил Сириус, ставя решительно точку в разговоре. — От Люпина тоже пришло утром письмо. Он говорит, что оборотни собираются в окрестностях Литтл–Хэнглтона, но ни о чем серьезном речь пока не ведется. Их созвали, чтобы проверить, кто откликнется на имя Темного Лорда.
— Он проверял дом Реддлов? — спросил Гарри.
— Проверял — там никого, как и во всей округе. Нет следов ни Крауча, ни Волан–де–Морта, ни его змеи.
— Но Крауч тут появился… — рассеянно повторил Гарри, ломая голову над загадкой. — А Волан–де–Морт сам не доберется из лесов Десмиры до Англии.
— Боюсь, все, что мы можем, это ждать, — невесело сделал вывод Сириус. — И подрезать одну за другой нити, соединяющие его с жизнью. Два года до его возвращения осталось, давайте не будем пугать Пожирателей и Крауча раньше срока, пусть делают свое дело, а у нас есть свое. И когда он вернется, его будет держать на земле только груз собственного разлагающегося тела.
Бабушка, только что надкусившая поднесенный Кикимером пирожок, сплюнула с выражением отвращения на лице, но Гарри был согласен с Сириусом. Собственное бездействие ему не нравилось, но выбора не было. Нужно действовать мудро.
— Несколько дней осталось до школы, — перевела невеселый разговор в иное русло мама. — Раз не вышло с магловским универмагом, нужно хоть в Косом переулке закупить учебники, а их в этом году немало. Мы сами сходим потом за учебниками для Руди.
— Я справлюсь, — пообещал Гарри и встал с места. — Прямо сейчас и отправлюсь, мы с близнецами как раз договаривались встретиться примерно в этот час в Норе.
— Я собираюсь проведать Петунью, — неожиданно сообщила мама, улыбнувшись. — Визит затянется до вечера, я хочу передать ей сигнальный амулет… Мало ли что произойдет, пока мы будем заниматься крестражами. Я хочу быть уверена, что сестра и ее семья в безопасности. Сириус, составишь мне компанию?
— Э, нет! — резко вскинул руки перед собой Сириус и резво двинулся к выходу. — Не обижайся, дорогая, но как мы ладим с Петуньей, тебе известно, а уж Вернон меня и вовсе приводит в ужас, еще не понятно, кто из нас волшебник.