— Кажется, это твоя судьба, быть Избранным, — заметил Драко, надкусывая тост.
— Главное, Салазар исполнил нашу просьбу и объяснил все так, чтобы Отдел Тайн не посмел забрать Гарри на исследования, — тихо проговорила Гермиона, листая Ежедневный Пророк. — А Рита за то, что быстро среагировала и приехала за четверть часа, получила возможность подробнее рассмотреть портрет и написать о нем еще одну статью.
Гарри отдал Джинни статью, и она понимающе убрала ее с глаз подальше. Отхлебнув апельсинового сока, он оглядел зал. Все только о нем и судачили; он и забыл, как это раздражает. Там и тут пестрела с первых страниц «Ежедневного Пророка» его фотография.
Когда «экстренное интервью» завершилось, Дамблдор вежливо выставил за дверь журналистку, а Гарри и мама с Сириусом выдохнули.
Ждать пришлось недолго. На пороге кабинета директора объявилась комиссия из Отдела Тайн во главе с торжествующей Амбридж.
— Добрый вечер, господин директор, — поздоровался с ним зрелый, бородатый мужчина с острым взглядом. — Меня зовут Дерек О’Райли, я глава отряда реагирования Отдела Тайн… О, и мистер Поттер здесь. Прекрасно, прекрасно…
— Мы вам рады, что бы вас сюда ни привело, — вежливо ответил Дамблдор. — По какому делу вы явились в Хогвартс?
— Мы прислали вам уведомление. Нам стало известно, что мистер Поттер владеет необычным оружием, способным останавливать Смертельное заклятие. Должны сказать, рано или поздно вопрос исследования поднялся бы так или…
— О, как вы вовремя. Мы как раз давали интервью «Ежедневному Пророку» на эту тему, — улыбнулся директор.
Драко дорого дал бы, чтобы увидеть лицо Амбридж в этот момент. Она, должно быть, не хотела предавать огласке исследования силы Мальчика-Который-Выжил. Как бы отнеслось общество к новости, что ребенка, победившего в младенчестве Темного Лорда, отправили в лабораторию «для опытов»?
— Давали интервью? — уточнила она тоненьким голосом.
— Выяснились интересные подробности, — Лили, поджав губы, указала на портрет над дверью. Все присутствующие повернулись туда. — Основатель рассказывал, откуда берется этот щит.
— Именно, — весело подтвердил Дамблдор. — Так что нужда в исследованиях отпадает. Мальчик просто родился под счастливой звездой, как когда-то волшебник Мерлин.
— Дамблдор, вы знаете, что для науки это не ответ, — возразила Амбридж, но Лили выступила вперед, побелев от гнева.
— Я не знаю, кто вы, и не знаю, кто дал вам право решать судьбу моего сына. Вы хотели сделать из него подопытную крысу? Сдать в Отдел Тайн без согласия родителей? Даже говорить вы с ним не смеете без присутствия декана факультета или моего разрешения! Мне известно, что это дело ваших рук, — она глубоко вздохнула, ее глаза блестели яростью. — А так же то, что вы напоили моего сына зельем Правды. Гарри сознателен, он знал с детства, что люди будут пытаться узнать о природе его щита незаконными методами, и принимает безоаровый порошок уже очень давно. Знайте, так вам это с рук не сойдет!
— Сам министр выразил пожелание, чтобы Гарри был сдан в Отдел Тайн, — срывающимся голосом проверещала Амбридж и потрясла каким-то свитком. — Дорогуша, как вы можете противоречить желанию министра?..
Лили резко взмахнула рукой, и свиток в руке Амбридж вспыхнул. Она вскрикнула и разжала руку, а на ковер в кабинете Дамблдора осела всего щепоть пепла. Со своей жердочки при виде огонька мелодично чирикнул Фоукс, а Гарри даже вздрогнул. Никогда еще он не видел маму в такой ярости.
— Да как вы?!..
— Плевать я хотела на пожелания министра, — тихо и зло произнесла Лили, и Амбридж осталось только хлопать ртом, как жабе. — Пусть придет ко мне лично, я и его поставлю на место. Каждый, кто вздумает причинить вред моей семье, будет иметь дело со мной. А теперь пошли вон все!
— Лили… — деликатно кашлянул Дамблдор.
Гости из Отдела Тайн удалились вместе с Амбридж, признав, что связываться с прессой, людьми и матерью звездного мальчика, «видать, Избранного», из-за счастливой звезды, примеры явления которой уже были в истории, не стоит. Лили оказалась в кресле, где Дамблдор угостил ее лимонными дольками и успокаивал, а Сириус и Гарри подошли к двери, над которой висел портрет. За какие-то пару минут до прибытия прессы они сумели уговорить Салазара сказать, что щит — не последствия перемещения во времени, использования кольца Мерлина, как он им поведал, а результат удачного стечения обстоятельств. Сделать Гарри снова Избранным было их единственной возможностью вывернуться из сложившейся ситуации.