— У нас тоже есть один сумасшедший волшебник, — Сириус переглянулся с Гарри. — Твой потомок, Салазар. На нем прервется твой род.
Основатель скривился и отвернулся от них. Никакого ответа ни на какие вопросы они больше не получили.
— Люди выражают тебе свое восхищение, — отвлекла его от дум Гермиона, читавшая письма.
— А я нашел письмо, в котором какая-то девушка прислала тебе свое фото и предложение «встретиться в неформальной обстановке», — Драко ухмылялся уже пять минут, все не выпуская из рук фотографию, в которой эта самая девушка успела уже несколько раз одеться и раздеться до купальника.
— Кошмар, ему же только тринадцать, — ужаснулась Гермиона, глянув на фотографию, а Джинни хихикнула.
— Она не одна такая, — Фред, присоединившийся к ним, помахал еще стопкой писем. — О, великий, я отобрал для тебя письма поклонниц со всего Туманного Альбиона…
Совы продолжали атаковать. Глянув на письма в руках Фреда, Гарри махнул рукой, и они вспыхнули необжигающим огнем — у мамы научился. Фред охнул и выпустил их в салатницу.
Ему не давала покоя мысль про демонов, которых мимоходом коснулся в своем рассказе Салазар. Выходило, что Волан-де-Морт мог открыть ворота в их мир и выпустить их, пользуясь кровью Слизерина. Еще Гарри понял, когда он узнал об этой тайне в той реальности — в самый последний год перед трагедией на платформе девять и три четверти.
Зазеркалье показало ему пустынный Лондон, уничтоженную Англию. Могла ли такое сотворить кучка волшебников с целой страной?
Нет.
Глава 40. Нурменгард
Напрасно он думал, что все так просто смирятся с сенсацией Риты Скитер и быстро забудут о ней за разнообразием школьных будней. Если на выходных он еще мог скрываться в своей комнате, то в будние дни встреч с учениками было не избежать. Он уговаривал себя относиться к этому как взрослый. В конце концов, в известном ему и Драко прошлом о молодом главе Аврората писали чуть ли не каждую неделю, затем стабильно каждый месяц. Но здесь было тяжелее, как раз потому, что окружавшие его люди относиться к газетным строчкам, как взрослые, по определению не могли.
Правда, в этот раз на него не смотрели так, будто он отрастил клыки и плюется ядом. За спиной шушукались, буравили взглядами затылок, цитировали строки статьи из газеты наизусть уже вечером того же дня. Он очень устал от того, что народ обходит его стороной и расступается в коридорах, когда он идет с урока на урок.
Фред с Джорджем, однако, обратили благоговение перед ним в забаву. Увидев Гарри, они все бросали и важно вышагивали перед ним, громко оповещая всех вокруг о его появлении: «Дорогу! Расступитесь! Идет Гарри Поттер, преемник самого Мерлина!».
Перси решительно осудил их поведение.
— Этим не шутят, Фред, Джордж, я напишу маме о вашем поведении! — но кто его слушал?
— Ушел бы ты с дороги, Перси, — вздыхал Фред. — Не видишь, Гарри торопится.
До прежней тирании Амбридж не дошла, прав не имела, однако, завидев номер «Ежедневного Пророка» с фотографией Гарри на обложке, тут же зеленела от злости. За завтраком Снейпу доставило огромное удовольствие выражение ее лица, когда он достал газету и разложил ее на весь стол. Гарри был уверен, что с тех пор она зареклась садиться рядом с ним.
— Не обращай внимания, Гарри, — с достоинством произнесла Гермиона, когда они пришли на завтрак в Большой зал. Она всю неделю его поддерживала, везде появлялась рядом. У Джинни просто не было такой возможности — она училась на втором курсе. Драко отпускал едкие шуточки, а Невилл предпочитал соглашаться с любыми доводами Гермионы, глядя в книгу. Она и Джинни были единственными людьми, которые его сейчас не раздражали. — Просто не обращай внимания. Ты сделал все правильно, кстати, в полном соответствии со своими слизеринскими чертами — обошелся меньшим из зол, обхитрил саму Амбридж. Мне кажется, так и должно было случиться рано или поздно. Я помню, ты в равной степени достоин всех факультетов, но научись пользоваться Слизерином внутри тебя.