— Я больше не буду, — буркнул он, разглядывая дуб. — Но и меньше тоже!..
— Вот это дело! — воскликнул довольный Годрик, тащивший им еще по чарке травяной настойки. — Не умеешь ты пить, Салазар. А с первого взгляда и не скажешь…
— Я настолько плохо выгляжу?
— Ну-у…
— Бросьте! — Ровена задорно рассмеялась и прислонила его к дереву. — Салазар, ты отлично выглядишь! А ты, Годрик, перестань опаивать его.
— К нам идут! — Салазар указал на друида в серой мантии и с длинной белой бородой, который приближался к ним, опираясь на посох.
— Добро пожаловать на праздник Белтайн, дорогие гости, — низким, приятным голосом произнес он и улыбнулся веселящейся Ровене. — Так приятно видеть юные дарования. В наших местах остались только старые друиды, ибо молодые маги покинули глубинку и ушли познавать большой мир. Средь нас молодица одна есть, и думается мне, подружитесь вы, — он медленно повернулся к стоявшей неподалеку девушке, которая среди старцев и впрямь выглядела лишней. Та, улыбнувшись, подошла к ним, и Салазару стал заметен ее выделяющийся живот. — Хельга Хафлпафф. Знаю, что вы уйдете от нас скоро — не бросайте ее здесь. Поселение друидов не очень подходит молодой женщине, ребенку будет трудно расти среди седых старцев, а уйти в поисках лучшей доли в одиночку она не сможет.
— Мы будем только рады, — Ровена взяла ее за руки. — Если хочешь с нами пойти, мы возьмем тебя и доведем до места, которое укажешь.
— Благодарствую, — стало видно, что девушки поладят меж собой. — Но мне видение было. Проследую я весь путь за вами до конца. Будущее изменчиво, поглядим, так ли оно будет.
— А ты провидица? — полюбопытствовал Годрик.
— Нет, — улыбнулась Хельга. — Я дочь друида, но не этого селения. Мой супруг был убит во время набега северян, а мне удалось бежать. Когда живот начал расти, я поняла, что он оставил мне часть себя.
В целом, Салазар был не против еще одной попутчицы, тем более Годрик скучал, когда они с Ровеной обсуждали свойства магических трав и зелий. Но он не любил, когда много народу, все-таки настоящих друзей должно быть немного, думал он. Пусть она будет последней попутчицей, загадал Салазар, разглядывая Великое Древо. Тогда, если нужно, вчетвером они перевернут весь мир.
Тем временем Ровена, переговорившая с друидом, вернулась, широко им улыбаясь.
— Господин друид мне позволил чашу с зельем Жизни излить к корням Великого Древа, когда луна взойдет!.. Такая честь, Салазар, ты не представляешь…
— Языческие обряды? — Гарри собирался спросить, что было дальше, но вырвалось это.
— Тогда и магия другой была, юный волшебник, — Основатель глядел куда-то в портретную даль. — Ты, должно быть, не замечал… Дети стали неучами, не видят ничего дальше своего носа. А ты выйди из школы к Запретному Лесу и оглядись. Каменный круг, тот самый, что видела в своем видении Ровена, стоит на своем месте, а у его основания уже воздвигнут Хогвартс. Крепость магов, первая во всем нашем мире.
— Леди Ровена была провидицей?
— Она никогда себя так не звала, но у нее был дар предвидения. Она была непростой женщиной, — Салазар мечтательно улыбнулся, и Гарри ошеломленно его разглядывал. Сложно было представить, что такой жесткий человек как Салазар, основатель идеи превосходства чистокровных, может так улыбаться.
— В ту ночь в видении Ровены нам пришло первое ужасное знамение…
Из окрестных селений к Великому Древу еще до ночи стали сходиться маглы. На севере Англии все было по-другому, здесь волшебники и простой люд уживались вполне мирно, так как оба рода значительно пострадали от набегов северян-викингов. Они могли жить вместе и по отдельности, сосуществовать, помогать друг другу в миру и в войне, а страшные южные обряды по сожжению на праздники ведьм существовали очень далеко отсюда. Там, куда Салазар больше никогда не вернется.
Били барабаны. По углям жарко танцевали красивые ведьмы, били руками в бубны и вертелись в разные стороны, стреляя глазками в юных молодцев. Огонь горел ровно и высоко, освещая всю поляну, бросал снопы искр в небо и в стороны, а вокруг него кружили веселые парочки. Умельцы играли на волынках и флейтах старые как мир плясовые, где-то разливали коварный хмельной напиток, который Салазар решил больше не пить. А вот Ровена плясала по углям босыми ногами, распущенные черные волосы ореолом кружили вокруг нее, обвивали талию, до колен виднелись из-под кружившейся волчком юбки красивые ноги. (1)