Мерлин сделал неуловимое движение палочкой; сила вырвавшегося из нее заклинания была так велика, что долина содрогнулась и застонала, а озеро вдали пошло крупными волнами наступать на берега. На сей раз, чтобы отразить чары, Мордреду пришлось сотворить из воздуха сверкающий серебряный щит. Заклинание, каким бы могучим оно ни было, не нанесло щиту видимого ущерба— он лишь загудел, точно гонг, и от этого звука у Салазара мурашки поползли по коже.
— Ты не собираешься убивать меня, Мерлин? — воскликнул Мордред, и его черные глаза над щитом насмешливо сощурились. — Считаешь себя выше такой жестокости?
— Мы оба знаем, что есть другие способы погубить человека, — негромко отозвался старец, продолжая наступать, словно ничто на свете не могло испугать его, словно никакие вражеские усилия не могли остановить его.
Какое-то время над долиной сверкали лучи, магические шары и самые настоящие молнии, но видимого вреда ни один из них не получил. Магии такого уровня Салазар не был обучен, не знал, что творится в небе над долиной. В один миг только заметил знакомое заклинание: Мордред отбил огненную струю водяным щитом, тот обратился в пламенную змею и почти поглотил темного мага, но и ее Мордред смог отбросить от себя, обратив в пепел. Демоны, на которых сыпались то лед, то искры, визжали от ярости, рвали и метали, грозили вот-вот вырваться из гигантского круга пламени.
Но вдруг Мордред упал прямо в бушующее море, а Мерлин замер в воздухе, так и не отослав в него огненный шар. Годрик Гриффиндор опустил лук.
Из низинки, в которой находился Салазар, ему было не видно, что стало с Мордредом. Лишь полный безумной боли пронесся над долиной предсмертный вопль. Затем все стихло, и демоны вернулись к попыткам прорваться сквозь стену пламени.
Силы Салазара иссякали — все же раньше он отдавал предпочтения науке зельеварения. В тот миг, когда огненная стена исчезла, через барьер прорвался один демон. Едва успев восстановить пламя, Салазар был повален на спину и вновь, как в день знакомства с Годриком, ощутил, как рвется кожа под острейшими когтями.
Ровена закричала, молния из ее рук ударила демона в крыло. Тот страшно зашипел и повалился на Салазара, уже мертвый.
Мерлин шевельнулся. Через мгновение он поднял руки к небу. Салазар, окровавленный и готовый сдаться, освободился от туши демона и с недоумением поднял глаза в небо. Что еще задумал старый волшебник? Все остальные тоже подняли головы. Мерлин пролетел высоко над землей — мантия развевалась по ветру, руки воздеты к небу. Демоны резко остановились и подняли головы вверх. Под зловещим ударом грома пригнулась трава, зашатались деревья, как будто сама земля раскололась в гневе на части, — огонь метнулся из пальцев Мерлина. Синей радугой пламя простерлось над войском демонов — из конца в конец, — огонь охватил первые их ряды и сжег дотла.
— Мерлин! — торжествующе возопил Годрик, потрясая в воздухе мечом. — Мерлин!
Не спеши праздновать победу, с досадой мысленно сказал ему Салазар. Он-то видел, что сожженные демоны вмиг вернулись к жизни, а тот, что напал на него, уже шевелился и рычал. Салазар поскорее отлевитировал его за стену огня.
Если бы от них было так легко избавиться, молодые маги и сами справились бы…
Откуда-то из груди старого волшебника вылетел синий шар. Сначала он был мал в размерах, но стал увеличиваться и терять свой яркий свет. Когда он достиг земли, его почти не было видно, только чувствовалась невероятная сила. Вокруг бесновались демоны, но огонь сдерживал их, не давая добраться до раненного Салазара. Маг через силу и боль поднялся на ноги и поковылял к Годрику.
С другой стороны долины раздалось ржание коня, и на восточный холм поднялась всадница, за спиной которой вставало солнце. Мантия волшебницы развевалась от ветра, матерый конь огрызался на заметивших ее демонов.
Первыми опомнились те, кто стоял ближе всех к юной Ровене. С визгом демоны бросались в магическое пламя, потеряв от бешенства рассудок. Новый поток огня вонзился в корчащихся тварей — и они пропали в ослепительном взрыве.
В это время силы Салазара иссякли, и его часть огненной стены пропала. Демоны с воплями протискивались в брешь в стене. Внезапно пронзительный крик вырвался из рядов демонов и словно повис в полуденном зное. Когда волна щита достигла земли и прошла по демонам, они завизжали от боли, заметались, начали рвать на себе кожу… И все до одного рассыпались в пепел. Земля застонала глухо и со страданием, когда каждая крупица пепла загорелась своим ярким огнем. Вмиг долину охватило пламя, и Хельга с Ровеной поспешили на помощь к Салазару. Годрик уже тащил его на плечах, и когда пламя добралось до них, они были уже за пределами щита Мерлина.