— Гарри, — мама приобняла его за плечи и отвела в сторонку к Сириусу. Оба очень хитро улыбались. — Тут нам пришло несколько писем с предложениями о помолвке.
— Что? — пораженно переспросил Гарри. — Какой еще помолвке?
— У слизеринцев это обычное дело, — тяжело вздохнул притворно серьезный Сириус. — Как говорится, назвался слизеринцем — полезай в общий котел.
— Мы еще не знаем, на какое отвечать согласием, — сообщила мама. — Эти девочки учатся на Слизерине, обеих ты знаешь– это Милисента Булстроуд. Другая — Дафна Гринграсс.
— Мама, ты же знаешь о Джинни…
— А вот Уизли нам письма о помолвке не присылали, — покачал головой Сириус.
— Конечно, не присылали, — вдруг разозлился Гарри. — Они же уважают мнение своих детей.
— Не сердись, — Лили заливисто рассмеялась и обняла его. — Мы сказали это к тому, чтобы ты был в курсе.
— Ну, и готовился к летнему тиранству со стороны своей бабушки, — добавил Сириус. Отчим был доволен розыгрышем так, что широкая улыбка все не сходила с его лица. — Ты знаешь, она загорелась идеей женить тебя на Дафне… Ей стало известно, что и Люциус получил от Гринграссов письмо — за Драко они сватают Асторию.
Гарри заметил, как Драко ушел через камин в Хогвартс, даже словом не перебросившись с отцом за весь вечер встречи.
— Я учту, — кивнул он.
— Удачи в школе, родной мой, — Лили крепко обняла его и отступила к камину.
— И не лезь на рожон, — Сириус хлопнул его по плечу.
— Да когда я этим занимался, — буркнул Гарри. — Это рожон на меня лезет.
Письма с предложениями о помолвке, будь они трижды неладны, напомнили ему еще кое о чем.
Когда мама и Сириус исчезли в зеленом пламени камина, они с Люциусом и Нарциссой остались одни. Гарри нарочно задержался, чтобы все ушли вперед — ему нужно было поговорить с отцом Драко.
— Люциус. Можно вас на два слова?
— Конечно, — Люциус пригласительным жестом указал ему на кресло и сам сел напротив.
— Я вас покину, — мягко сказал Нарцисса и удалилась из зала.
— Я хотел поговорить насчет будущего Драко. Мне известно, что вам присылают немало писем родители наследников других чистокровных родов. Письма с предложением о помолвке.
— У вас верные сведения, мистер Поттер, — кивнул Люциус, чуть щурясь. Он уже понимал, о чем идет речь.
— Вы дали кому-нибудь ответ?
— Нет, пока не дал. Выбирать себе невесту будет Драко.
Гарри с облегчением выдохнул.
— Честно вам скажу, на этот разговор меня подтолкнула короткая беседа с Драко. Он уверен, что вы против кандидатуры Гермионы.
— Мистер Поттер, будем говорить как взрослые люди, — Люциус положил ногу на ногу и взял свою трость с набалдашником в виде головы змеи в руки. — Вы знаете, как для чистокровных родов важно соблюдать предписанные обычаи. Парируя в разговоре фразой про «священные двадцать восемь» фамилий, вы ни разу не задумались о том, что место в этом коротком списке много веков охранялось родами. Наш род стал самым богатым и известным в магическом сообществе благодаря нашему строгому следованию обычаям. Я знаю, что вы хотите просить за мисс Грейнджер. Увы, мистер Поттер, я вынужден дать решительно отрицательный ответ.
— Это условности, — то, что Гарри был раздосадован, было еще слабо сказано. — Я собираюсь провернуть сделку века с гоблинами, которые ранее не раз наотрез отказались сотрудничать по вопросу чаши Хафлпафф. Но гоблины по своей сути упрямы. А с вами мы говорим о вашем сыне. Неужели долг перед родом превыше его счастья?
— Драко рано или поздно все поймет, — непререкаемо ответил Люциус. По нему было видно, гораздо больше, чем по Гарри, что он раздражен. — Не в той жизни, так в этой. Так вы хотите говорить с гоблинами? — быстро спросил он, чтобы перевести разговор в иное русло.