Пока Гермиона радостно говорила, Гарри улыбался ей и рассматривал подругу. За лето она хорошо подросла и вытянулась, фигура окончательно утратила детские очертания и приобрела легкие изящные формы; глаза стали глубже, яснее, скулы — очерченнее. Что ж, если Драко все лето не видел Гермиону, то его ожидает приятный сюрприз. Как и ее…
— О, вот они! — Сириус, до сих пор сверявшийся с часами, ступил навстречу аппарировавшим к ним Люциусу и Драко. — Вы, как всегда, пунктуальны, Люциус.
— Рад встрече.
Гарри и Гермиона подошли к ним, и Драко, здоровающийся с Руди, обратил на них внимание.
— Поттер, виделись вчера, обниматься не будем, — он прошел мимо протянутой руки к Гермионе. Девушка, одетая по-магловски, широко ему улыбнулась. — Гермиона, — Драко заложил одну руку за спину, другой взял ее за руку и поцеловал самые пальчики. — Ты так изменилась. Настоящая красавица.
— Спасибо, — девушка зарделась и бросила на него горящий взгляд. — И ты стал другим.
— Вы как будто десять лет не виделись, — встрял Руди и разрушил напряженность, повисшую в воздухе.
Все рассмеялись, и Драко повел Гермиону к Сириусу и Люциусу. По лицу последнего нельзя было сказать, что он рад счастливому воссоединению.
— Внимание, господа и дама, — провозгласил Сириус. — Поскольку среди нас только двое не владеют аппарацией, было решено аппарировать. Я возьму на себя Рудольфа, а Гермиона…
— Может, мистер Поттер?.. — слабо задался надеждой Люциус, но Гарри уже встал рядом с Сириусом и нацелился на заданные координаты.
— Крепко держись за меня, — сказал Драко, и Гермиона обняла его. Обхватив ее одной рукой, второй он взялся за трость отца.
— Встретимся в лагере, — махнул им Сириус.
В роще раздались два хлопка.
Когда ноги крепко коснулись земли, Гарри отпустил руку Сириуса и помог Руди принять вертикальное положение. Брат выглядел испуганным.
— Неприятное ощущение, да, — кивнул Гарри и взял его за руку. — Сейчас придешь в себя, вот шоколадная лягушка. Сириус, а где Малфои?
Они огляделись. Они приземлились на вересковую пустошь, окутанную туманом. Прямо перед ними стояли два измотанных и раздраженных волшебника, у одного — массивные золотые часы, у другого — толстый свиток пергамента и перо. Оба одеты на магловский манер, но очень уж неумело: тот, что с часами, — в твидовом костюме и высоких галошах, а его коллега — в шотландском килте и пончо.
— Они, должно быть, решили не создавать здесь очередь, — сказал Сириус и шагнул к магам. — На дежурстве, уважаемые?
— Именно так, мистер?.. — волшебник устало поднял бровь.
— Лорд Сириус Блэк, — провозгласил Руди.
— Рудольф, — строго одернул его Сириус. — Я — Сириус Блэк, это мой сын Рудольф Блэк и Гарри Поттер.
— Я найду ваше место в лагере, — он принялся перематывать исполинский пергамент. — Первое поле, отсюда в четверти мили. Ваш привратник — мистер Робертс.
— Спасибо.
Шли по безлюдному полю, почти ничего не видя в тумане. Минут через двадцать показался небольшой каменный домик рядом с воротами, за которыми в туманной зыби смутно проступали очертания сотен и сотен палаток, поднимающихся по отлогому склону к темной полоске леса на горизонте.
Стоявший в дверях человек смотрел на убегающие вдаль палатки. С первого же взгляда Гарри понял: перед ними единственный настоящий магл на много акров вокруг. Услышав шаги, он повернулся к пришедшим.
— Доброе утро! — приветливо произнес Сириус.
— Доброе утро, — отвечал магл.
— Не вы ли будете мистер Робертс?
— Я самый, — подтвердил мистер Робертс. — А вы?
— Сириус и Рудольф Блэк и Гарри Поттер. Участок заказан две недели назад.
— Есть, мистер. — Мистер Робертс сверился со списком, приколотым к двери. — Ваш участок у леса… На одну ночь?