Зал всколыхнулся возмущением.
— Хоть что-то остается неизменным! — фыркнул Драко.
— Нам придется следить за Кубком, чтобы профессор Блэк не пришел к нему и не бросил имя Гарри, — тихо прошептала Гермиона.
Гарри пожевал губы, друзья с ожиданием глядели на него.
— Я сам пойду, — наконец, сказал Драко. — Дай мне только мантию-невидимку.
— Может…
— И не мечтай, давненько я не был на ночном дежурстве.
— Поверить не могу, что тебе этого не хватает, — усмехнулся Гарри, но кивнул. — Хорошо… Спасибо.
— Сочтемся.
Дамблдор подождал, пока беспорядки улягутся, и продолжил.
— Участников Турнира отбирает Кубок Огня, беспристрастный и неподкупный.
Он воздел палочку к ларцу, и крышка медленно открылась. Кубок, покрытый искусной резьбой, открылся взглядам. Ничего примечательного, не будь он до краев заполнен синими языками пламени. Ларец был тут же убран, Кубок остался стоять рядом с директором.
— Это Кубок Огня. Каждый желающий участвовать в Турнире должен написать свое имя на куске пергамента и бросить его в огонь. Отнеситесь к этому серьезно… Для избранных нет обратного пути. Бросив свое имя в Кубок, студент заключает с ним магический контракт. Расторгнуть его нельзя, иначе вас покинет магия. Поэтому решение об участии принадлежит только совершеннолетним. А для остальных я очерчу запретную линию. Всем, кто младше семнадцати лет, ступать за нее запрещено…
— На самом деле ее легко обмануть, — снова фыркнул Драко. — Достаточно просить любого старшекурсника бросить имя в Кубок.
— Но ты же не станешь это делать? — испугалась Гермиона.
— Нет, но факт.
Гарри бросил короткий взгляд на Флер, Крама и Седрика. Все трое зачарованно уставились на синее пламя.
— Будем надеяться, все наши усилия не напрасны, — молвил он тихо.
Друзья согласно кивнули.
***
Суббота — отличный день для того, чтобы выспаться, но старосты Слизерина явно имели что-то против здорового, крепкого сна в выходной. Или их заколдовывали так на три года, чтобы четко выполняли все инструкции. Когда Майкл и Миранда учились, пробуждение было немного легче. По ним ребята скучали.
Гарри задумчиво окинул заправленную кровать Драко взглядом, Невилл сочувственно хлопнул его по плечу. Вместе они вышли в гостиную, где уже собралась половина учеников. Все уже радостно переговаривались, гадая, кто же станет участником. Джин и Гермиона, встретившие их в гостиной, кивнули. От результатов того, что скажет Драко, зависит их будущее.
Строем направились в Большой зал. Утро было раннее, по всей школе сновали ученики. По пути на завтрак они видели, по меньшей мере, десяток старшекурсников, которые обычно предпочитали сидеть на выходных в гостиных. Вперед строя пробился Уоррингтон, с которым Гарри играл в команде. По тихим переговорам со старостами Гарри понял, что он собирается бросить имя в Кубок. По правде, положено болеть за своих, но Гарри очень надеялся, что в этот раз Кубок не выберет кого-то другого, ведь многое изменилось… Они с Драко очень многих студентов подтянули на достойный уровень. Седрик сказал, что бросит свое имя, остальное — дело техники.
В Большом Зале они спокойно завтракали. Кубок стоял на возвышении у стола преподавателей, и все глазели на него вместо тарелок. Изредка подходил какой-нибудь студент Дурмстранга, и линия вокруг Кубка зыбко расходилась, пропуская его. Фред и Джордж за столом Гриффиндора, уже предупрежденные о том, что не стоит варить зелье старения, завистливо наблюдали за счастливчиками.
На оставленное свободным место между Гарри и Гермионой вдруг сел Драко и осторожно, чтобы никто не заметил, стянул с себя мантию-невидимку. Вид у него был очень усталый, зато довольный. Уверенность в сегодняшнем дне передалась и друзьям.
— Ну как? — тут же поинтересовался Гарри.
— Все нормально, — сообщил он, и все тут же выдохнули. — Всю ночь патрулировал линию — никто не прошел бы.
— Ты поспал бы… — заботливо обратилась к нему Гермиона.
Драко махнул рукой и налил себе крепкий кофе.
— Я лучше пободрствую.
Для беседы он был сейчас неважен, слишком устал. Гарри даже намазал ему несколько тостов маслом в благодарность. Драко устало принялся пить кофе кружку за кружкой и тер красные глаза. Они опять принялись наблюдать за Кубком.