— Хорошо, — неожиданно холодно ответил он, совершенно по-взрослому. — Отец, мама, я расскажу вам когда-нибудь все. Но это будет не сегодня.
Возможно, пройдя в свою комнату, он пожалеет, что говорил так с ними, добавляя подозрений. Но сейчас ему было не до этого, пока он слезал с кресла, слишком высокого для ребенка.
— Что ты имеешь в виду? — уставился на него отец. — У тебя есть какая-то неизвестная нам тайна?
— Отец, она может показаться вам слишком глупой и детской, — предупредил Драко наобум, лишь бы у него перестали интересоваться этой тайной.
Люциус нахмурился и замолчал. В их семье было не принято что-то явно скрывать от членов семьи. У детей, у родителей всегда были секреты, собственные и неприкосновенные, но об их существовании не должны были знать другие. Драко прикусил губу, подумав о том же, положение неожиданно спасла Нарцисса.
— Ты в кого-то влюблен? — подмигнула она.
Люциус тут же сбросил свои раздумья и уставился на него.
Драко так и хотелось вскричать: «Мама, мне пять лет!», но порой женщин трудно переубедить в том, во что они уверовали сами. Тем более, сейчас это ему только на руку.
— Возможно, — уклончиво ответил Драко, наконец достав ногами до пола. — Я пойду.
И оставил родителей одних. Ему нужно было найти способ связаться с Поттером и решить, что им делать в этой ситуации.
***
По пути домой Лили делала выговор Гарри. Для самого мальчика это было вполне ожидаемо, он даже понимал причину ее недовольства. До этого времени Малфои уже успели запятнать себя Меткой, а о послевоенных разбирательствах с этим чистокровным семейством не знал только глухой и слепой.
До вечера он не выходил из комнаты, силясь придумать тайный для всех способ общения с Драко. Совы не годились. Во-первых, у него не было собственной совы, были только Сириуса и мамы, не особо его слушавшиеся. Письмо не должно попасть в руки маме или крестному. Учитывая их отношение к Драко, Гарри решил не афишировать их дружбу. Сквозные зеркала нужно еще добыть. Через камин — рискованнее, чем с совами…
В дверь постучались, и в детскую вошел смущенный Сириус.
— Гарри, ты тут?
«Нет, меня тут нет», — хотелось ответить Гарри, но он кивнул Сириусу.
Тот присел рядом с ним на кровать.
— Я хотел напомнить тебе, что ты обещал поговорить с мамой…
Гарри трижды проклял свой возраст, не дающий ему отшутиться так, как очень хотелось. Вместо этого он улыбнулся.
— Хорошо, крестный! А ты мне купишь палочку!
Сириус схватил его и защекотал. Гарри очень боялся щекотки, поэтому вести себя по-детски труда не составило.
— Маленький пройдоха!
Гарри хохотал как ненормальный, но в то же время был невероятно счастлив. Детство, которого у него не было там, наверстывало упущенные моменты здесь. Гарри чувствовал себя дома, и неожиданно ему почудилась картина будущей жизни. Они с Драко станут лучшими друзьями в школе и помирят взрослых. Они, зная наперед события, будут на коне в любой ситуации. Вместе с ними поступит Гермиона, которую Драко будет обхаживать все семь лет, а через год и его маленькая Джин. Они пройдут все испытания, уготованные им, изменят ход истории, уничтожат все крестражи. Гарри женится на Джинни, и вновь родятся его сыновья и дочь. Драко женится на Гермионе, и она родит ему маленького Скорпиуса, возможно, совсем не такого, каким он был там. Они обретут свое будущее…
Сириус сел ровно и достал из кармана большой, тяжелый перстень. Он был очень красивым, древним. Гарри невольно залюбовался игрой света в глубине чистейшего изумруда. Серебро крепко держало камень. Величайшие из гоблинских мастеров сумели впечатать в тонкий серебряный ободок древние руны, складывавшиеся в одну-единственную фразу.
— Игра стоит свеч, — произнес Сириус, расшифровывая надпись. — Самый первый девиз Блэков, появившийся даже прежде основного «Всегда чисты».
— Почему именно «Игра стоит свеч»? — поинтересовался Гарри, разглядывая перстень.
— Древние предки были философами и говорили, что жизнь — это игра, — Сириус пожал плечами, словно расшифровка была и ему не совсем понятна. — Видимо, они утверждали, что какой бы ни была твоя жизнь, ты ее заслужил и сам сотворил свою судьбу. И отказываться от судьбы не нужно. Ведь, согласись, Гарри, если понимаешь, о чем я… Никому не дано вернуться в прошлое и прожить свою жизнь с рождения.