— Я могу тебя сопровождать в Хогсмид, — предложил он, приподнимаясь. — Или сам сделаю твои туфли.
— Нет! — Джинни подняла перед собой ладони. — Не хочу, чтобы хоть что-то из того, что будет на мне на балу, ты видел заранее!
— Ну, как знаешь. Увидимся в семь в гостиной.
Делать Невиллу и Гарри было решительно нечего — лучший день для дополнительных занятий со старшекурсниками, но сегодня никто не хотел заниматься. У части гриффиндорцев были занятия по зельеварению, обещанная контрольная работа Снейпа. Гарри сильно подозревал, что Снейп специально оставил ее на Рождество, чтобы было чем заняться. Какое-то время они еще ели, лениво любуясь на снег, круживший под потолком Большого зала, затем Невилл убрал книгу с гербарием в сумку. После чего они отправились прогуляться. Тут же замелькали снежки — любимое зимнее развлечение Гарри, нескольких ребят с младших курсов и Невилла. Вскоре к ним присоединился Джон Лонт, любимый ученик Драко, и играть стало еще веселее.
В подземелья они вернулись замерзшие и усталые, и даже отогреваться магией не хотелось. В гостиной их ждала новая забава — попытки прорваться в коридор для девочек. Они очень нервничали и ругались, прятали платья за собой, даже пытались посылать заклинания в толпу парней у основания их лестницы. Конечно, Хогвартс позаботился о сохранении целомудренного образа девушек лучше, и ступени под ногами парней каждый раз обращались в покатую горку. Но попытки веселого штурма на этом не заканчивались, кроме того у Гарри было подозрение, что праздновать Рождество слизеринцы уже начали, и под столами по рукам ходила бутылка крепкой медовухи.
Когда они вернулись в свою комнату, до торжественного открытия бала оставался только час. Ввалившись в дверь, Невилл и Гарри принялись обсуждать возможные способы обмана магии Хогвартса, когда друг вдруг остановился посреди комнаты.
— Драко?
Гарри подошел к нему и вправду увидел Драко. Тот сидел на своей кровати в полной темноте и завороженно смотрел на сферу с огоньком на тумбочке Гарри, а на оклик повернул к ним лицо.
Руками мастеров медицинской магии его лицо было приведено к единственно возможному варианту, но он был ужасен. Кожа сморщилась, как яблоко на солнце, и еще не приобрела естественного цвета. Была испещрена мелкими морщинами, заживающими ранками и затвердевшей лимфой. Он выглядел так, словно часть его лица была вылеплена из воска криворуким неумельцем.
— Огонь дракона, — прервал затянувшееся молчание Драко, глядя на них одним нормальным глазом, другим — полузакрытым стянувшимися веками. — Таким останусь навсегда.
Не желая ничего говорить в ответ, Гарри прошел к другу и крепко обнял, хлопнув по спине. Ошарашенный Невилл медленно сдвинулся с места и пожал Драко руку, стараясь не разглядывать его лицо.
— Нам тебя не хватало, — молвил Гарри. — Добби доложил, что скоро ты вернешься, но мы ожидали тебя после Рождества. И более… — он помолчал, подбирая слова.
Но Драко и так все понял и усмехнулся.
— Целым? Увы, — Малфой отошел к зеркалу, чтобы поправить помятый фрак. — Обычная лечебная магия бессильна против ожогов от пламени дракона, а та, которой можно вылечиться, хранится как ценнейший секрет на севере — родине драконов. Отец пытался купить их услуги, но волшебники Дурмстранга свято хранят свои тайны и не продают их. В Соединенных Штатах мной занимались маги их школы волшебства, кроме того мы побывали в Венгрии, где точно должно быть лекарство от огня венгерской хвостороги. Но никто не смог помочь.
— Мне жаль, — Гарри отложил теплый плащ на постель и извлек из шкафа футляр с парадной мантией. Невилл отмер и поспешил заняться тем же. — Что ты будешь отвечать на вопросы?
Им следовало точно знать легенду возникновения на лице Драко этих шрамов, чтобы в случае чего отвечать одинаково. Гарри попробовал бы менее сухо высказать свое сожаление, но нутром чувствовал, что после этого Драко плюнет ему в лицо. С давних пор друг терпеть не мог жалость к себе, а жизнь часто обходилась с ним жестоко — порой даже хуже, чем с самим Гарри.
— Драконья оспа выглядит так же, — ответил Драко. — В нашей семье это будет не единственный случай — мой дед от нее умер, так что никто не сможет заподозрить за этими ожогами что-то другое. Колдомедики из Мунго готовы все подтвердить.
— Ты сам-то смирился с этим? — спросил менее чуткий Невилл.