— Гермивона не пойдет.
— Виктор, я станцую с ним один танец, — сказала тихо Гермиона, подавая руку Драко. Тот с угрозой глянул еще на Крама и увел девушку в сторону строившихся для вальса пар.
Удостоверившись, что все хорошо закончилось, Гарри собрался было уйти, но тут Виктор подал ему кубок с медовухой.
— Что у ньего с лицом? — спросил он с акцентом, коверкая слова.
— Драконья оспа, — осторожно ответил Гарри и с благодарностью принял кубок.
Медовуха очень вкусно пахла, и он сделал первый большой глоток. М-м, блаженство!
— Это не оспа, — коротко возразил Крам. — Такие шрамы я встръечал после драконьего пламени. Ожог.
Гарри кивнул на его вопросительный взгляд.
— Он не осторожно близко подошел к дракону с первого тура. Но об этом никому знать не обязательно.
Какое-то время они постояли молча. Крам хмуро наблюдал за вальсирующими Драко и Гермионой, а Гарри изредка поглядывал на одиноко стоящую Джинни. Он собирался уже откланяться, так как ему пришла идея с прогулкой по снежным окрестностям, но Крам снова заговорил.
— Он ее действьительно любит.
— М-м? — Гарри вопросительно поднял брови.
— Он очень неуважительно себя вел со мной сегодня. Но я не держу зла. Передай ему это.
— Угу.
— Есть чары протьив его шрамов, — Виктор взял салфетку и что-то вывел на ней палочкой, затем протянул Гарри. Это оказался рецепт зелья и заклинание, при котором оно подействует. — Это тайна Дурмстранга, — предупредил он угрюмо. — Будет нехорошо, если кто-нибудь еще узнает ее.
И ушел от него.
— Спасибо! — успел сказать вслед ему Гарри и пробежал взглядом по салфетке.
Ингредиенты были общеизвестными и легко доставаемыми, кроме, пожалуй, чешуи дракона, оставившего ожог. Но нет ничего, что не могли бы добыть его мама, Снейп и жаждущий выздоровления сына Люциус. Вдохновленно Гарри спрятал рецепт подальше в карман мантии и отошел к Джинни.
— Пойдем погуляем? — спросила она, оправляя складки платья.
— Хотел предложить то же самое.
По краю зала они обошли танцующих и вышли в холл. Парадные двери были распахнуты настежь, в розовом саду мерцали, порхая с куста на куст, крохотные феи. Гарри и Джинни спустились под руку по лестнице и очутились в гроте, полном цветущих розовых кустов, между ними бежали извилистые дорожки, мощенные цветной плиткой, над кустами высились каменные статуи. Где-то плескалась вода, должно быть, фонтан. Здесь и там на резных скамьях сидели ученики, отдыхая от танцев.
Стремясь зайти подальше, они ушли из двора Хогвартса, проскользнули мимо дремавшего в воротах Филча и пошли над горным порогом по мосту. Мантия Джинни была тонкой и совсем не укрывала от холода, но она как будто и не мерзла.
— Возьми мою мантию, укройся, — предложил он.
— Что это ты мне указываешь, что делать, а что нет? — она отвернулась и ступила на мост, чуть не поскользнувшись на ледяных ступенях.
— Потому что ты — моя будущая супруга, — улыбнулся Гарри, помогая ей принять устойчивое положение.
— Это в далеком будущем!
— Не в таком уж и далеком. Летом мы будем помолвлены, — он постарался ее остановить, но Джинни с задором увернулась.
— И где же мы венчались? — она отняла свою руку и поспешила вперед.
— В Министерстве, как все.
— Скукота, — она усмехалась над ним.
— Вот как? В тот раз тебе это не казалось скучным. И где же ты хочешь венчание теперь?
— Ну, — Джинни первая сошла с моста на землю. Огляделась, смешно сморщила носик и, смеясь, повернулась к нему. — Стоунхендж!
— Стоунхендж? — Гарри улыбался, выйдя вслед за ней на пустынную каменную площадку на холме. — Оригинальность всегда была твоей изюминкой. Джин, ты замерзнешь.
— Зачем повторять сценарий прошлой жизни? — девочка увернулась и показала язык. — Министерство — фи! Банально. А мы древним традициям дань отдадим!
— С каких пор ты стала чтить древние традиции?
— С тех пор, как твои мама и бабушка научили меня видеть в них не только идеи Темного Лорда
— Холодно, Джин.
Гарри притянул ее к себе за руку и крепко обнял. Здесь они могли не опасаться слежки и свидетелей, ибо мороз стоял такой, что у Риты отмерзли бы крылья, вздумай она подлететь за сенсацией. Студенты остались в теплой школе наслаждаться концертом «Ведуний». А их окружила тишина.