— Беллатриса!
Ее безумный, издевательский смех слышался где-то далеко впереди.
— Беллатриса, я убью тебя!
Хлопков стало еще больше.
— Я найду тебя, слышишь?! Я убью тебя, и на сей раз даже твой трусливый лорд тебе не поможет!
— Ты смеешь называть его трусом, мальчишка? — раздался ее торжествующий голос над ухом. — Того, кого ты боишься уже две жизни? Жалкий, никчемный полукровка, — в ее голосе было веселье. Расплывчатые линии лучей, которые Гарри в нее послал, она отбила. — Он велик и могуществен. Он убьет тебя. И на сей раз ты проиграешь окончательно.
Хлопок аппарации известил его, что Беллатриса исчезла. Нет!
Гарри побрел по улице, оскальзываясь на лужах крови. После шума боя тишина давила на уши, но она не была абсолютной. Где-то плакал брошенный на снегу младенец, заливался грозным лаем и визгом раненный волкодав, плакала навзрыд какая-то женщина. Все закончилось.
Языки Адского Пламени, жадно лизавшие останки жертв, вдруг налились зеленым светом и потухли. Последнее жертвоприношение состоялось.
— Акцио, очки, — пробормотал Гарри устало и нацепил полуразбитые очки на нос.
Лучше бы он не делал этого. Лучше ослепнуть и никогда не видеть, чем обернулся веселый праздник Йоль для жителей и гостей этой деревни.
Пока его выворачивало наизнанку праздничным ужином, снова послышались хлопки, но это были уже не Пожиратели.
— Поттер! — его схватили за плечо и развернули к небу.
— Он жив? — кто-то испуганно навис над ним, но Гарри не спешил подавать признаки жизни.
Как же он смертельно устал…
— Мы опоздали… — только и смог произнести он перед тем, как кануть в спасительное забытье.
Глава 56. Лекарство
Во снах зеркальное отражение являло ему змеиное лицо с двумя светящимися как уголья глазами. Сны были настолько ужасны, что наяву он просыпался намного раньше товарищей и до самого их пробуждения стоял в ванной комнате, разглядывая себя в зеркале. Порой ему начинало казаться, что черты лица меняются, становятся впалыми, бледными, почти прозрачными. Он смаргивал — и видение исчезало.
Вот бы так и тревоги уходили.
Темный Лорд воскрес, но не это было самым страшным. Он все узнал. К каким это приведет последствиям, никто из Хранителей Тайны даже близко не догадывался. Что ж. Стоя и в нынешнее утро в ванной перед зеркалом, он понимал, что опять недооценил Темного Лорда и расплатился за свою ошибку величайшим секретом его жизни.
В ту рождественскую ночь страшная весть достигла Хогвартса слишком поздно.
— Хогсмид! — в зал ввалился молодой аврор, пробежавший за четверть часа немалое расстояние от деревни до замка. — Мистер Дамблдор! Аластор Грюм объявил в округе чрезвычайное положение… — он согнулся, тяжело дыша. — На Хогсмид было совершено нападение!
Среди учеников поднялся взволнованный гул, преподаватели тщетно пытались их утихомирить. У Бэгмена с лица сползала развеселая улыбка, Рита внезапно засобиралась, не отрывая взгляда от выдохшегося аврора.
— Что? — Невилл, разговаривавший с Драко у столиков, прорвался в первые ряды.
Дамблдор встревоженно вышел вперед.
— Что произошло в Хогсмиде?
— Напала неизвестная группировка. Все повторилось, как в Ле-Виллаж и Годриковой Впадине, — на этих словах шум усилился. — Деревня закрыта для посещения, а в Хогвартс отправлены отряды «Гамма» и «Дельта» для защиты.
Директор и побелевшая МакГонагалл переглянулись и подошли ближе к аврору, за ними последовали Каркаров и мадам Максим.
— Эй, — к ним пробилась Гермиона, за которой следовал угрюмый Крам. — А где Гарри?
— Идем! — решительно кивнул им вперед Драко.
Обогнув столы, друзья приблизились к преподавателям.
— Кто-нибудь пострадал?
— Мистер Грюм передал, что пострадал Гарри Поттер, во время пожара оказавшийся в Хогсмиде.
— Этот мальчишка… — МакГонагалл зажала рот рукой. — Бедная Лили, что же подумает…
— Погоди, Минерва, — нервно сжал ей плечо Дамблдор. — Что-нибудь еще?