— Всем доброго утра, — директор улыбнулся, но вовсе не весело, не как всегда. Последние шепотки угасли, все взоры были обращены к нему. — Добро пожаловать в школу. Я не займу много вашего времени. Как вы могли заметить, охрана школы была усилена, и вы вправе узнать, почему. Так вот… Жил на свете юноша. Как вы, он когда-то сидел в этом зале, ходил по коридорам этого замка и спал под его крышей. Для всего мира он был таким же студентом как любой из вас. Звали его Том Реддл, — выдержанная пауза стала натянутой как струна. Джинни опустила глаза, как и многие за столом Слизерина. У гриффиндорцев на лицах возникло свирепое выражение. — Сегодня же он известен всему миру под другим именем. И потому, стоя сейчас здесь и глядя на всех вас, я не могу забыть о главном. Каждый день, каждый час, возможно, даже в эту самую минуту темные силы пытаются пробить брешь в стенах этого замка. Но в итоге их сильнейшее оружие — это вы.
Я обращаюсь к вам, как к взрослым людям, которыми далеко не все из вас являются. Сплотитесь. Любая слабина, которую найдет наш враг, будет использована против вас. Льстивые и вдохновляющие речи пусть да не обманут вас, ибо он уже доказал, что не щадит ни женщин, ни детей.
Помните тех ребят, кто никогда уже не сможет вернуться в Хогвартс, — где-то в зале послышался всхлип. Краем уха Гарри услышал, как Пэнси говорила, что у этой девочки в Хогсмиде погибли маленький брат и отец. — Помните тех, кто никогда не сможет переступить его порога, и тех, кто положил жизни, защищая невинных детей. Подумайте об этом.
Глава 57. Черное дно озера
Без происшествий и трагедий прошло чуть больше месяца, хотя каждый день Гарри сидел как на иголках, ожидая новый выпуск «Ежедневного пророка». Была пара неприятных сюрпризов от Скитер, которые отразились на жизни их компании.
Во-первых, вышла обличительная статья про Хагрида, про которую они совсем забыли. Рита все же где-то раскопала информацию о том, что он полувеликан, и раскрутила пару сказанных Хагридом по пьяни предложений на целую страницу газеты. Хорошо, что его не было. Хагрид и часть Ордена все еще не вернулись из Великаньих гор во Франции, поэтому друзья сделали все, чтобы избавиться к его приезду от свидетельств такого позора. Занятия вместо него пока вела Граббли-Дерг.
Во-вторых, вышла вторая статья. Ее заголовок гласил: «Мальчик-Который-Выжил, Великий-Ловец и Девушка-Жадная-До-Славы. Правда или домыслы завистников?». После этой статьи отношения Драко и Гермионы стали вежливо-отстраненные, хотя вначале проклюнулось первое тепло. Драко был обижен на Поттера, что тот позволил Гермионе принять предложение Крама пойти на Святочный бал; на Гермиону, которая это предложение приняла и в письме об этом не сообщила. До него дошли и слухи, которые распускала завистница Паркинсон: мол, Гермиону видели целующейся с Крамом в отдаленной части замка.
— Не целовалась я с ним, — обиженно прошипела Гермиона, когда Гарри попытался выяснить правду. — На балу, поверь, было не до того. Я чувствовала себя растянутой между ними игрушкой — кому это будет приятно? После бала было то страшное происшествие в Хогсмиде… А потом я уехала к родителям. Может, какие-то поцелуи и были, Гарри! Но воздушные, и только с его стороны, — в последние дни ее раздражение выплескивалось почти ощутимыми волнами. То ее магия бурлила от внутренних эмоциональных потрясений. — Я вообще не понимаю, почему я должна перед ним отчитываться!
Крам ходил мрачнее самой черной тучи, уподобившись Каркарову. Спрашивать с него Гарри, понятное дело, не стал.
Совсем другими стали уроки профессора Блэка, и это очень удивило всех, кто был не в курсе подмены. Кажется, Сириус многому научился у Люпина, поэтому его уроки проходили на свежем воздухе, иногда в Запретном лесу, что добавляло изюминку и вкус опасности. Однажды детям пришлось бежать от стаи разъяренных лукотрусов — Сириус по неосторожности наступил на свалившееся гнездо. Но было весело.
— Что тут говорить, — сказал он в один из вечеров, когда Гарри заглянул на чай. — Главное — мечтать нарушать правила, а возможности появятся. Это ж талант нужен, а просто так ничего не выйдет. Посмотри на меня, Гарри! Теперь я могу нарушать правила совершенно легально! И никто меня за это не заставит мыть котлы и ночные горшки Снейпа!