— Именно так я и хочу сказать! — рыкнул разозленный Грюм.
На Гарри Фадж не обращал никакого внимания, словно его тут и не было, но парню было не привыкать.
— Корнелиус, — обратился он к министру тем самым поучительным тоном, какой всегда на него действовал. Все, кто был в кабинете, оторопело обернулись к нему. — Я буду говорить с вами, как со скептиком, стараясь воззвать к благоразумию. Ваше желание отгородиться от неприятных вестей мне понятно, я сам долгое время жил по такому принципу. Допустим, Волан-де-Морт… — Фадж вздрогнул. — Не возродился, и мы все, включая уважаемого директора Хогвартса, Грозного Глаза, грозу ваших врагов, и меня, безбожно лжем. Тогда как вы объясните все эти убийства и жертвы?
— Деяния фанатичных преступников, — ворчливо фыркнул Фадж. — Из Азкабана сбежала шайка Пожирателей Смерти.
— Вот и первую вину за собой вы признали, — в тон ему ответил Гарри. — Три массовых убийства в разных частях магического мира, сожжение жертв и даты — Белтайн, Самайн и Йоль. Жертвенные обряды приносили именно в эти дни, когда грань между живым и мертвым мирами тонка как нить.
— Совпадения. Сказки! Дамблдор, какого Мордреда вы привели на эту встречу ребенка?! Учитывая его скандальное рвение к славе, — Фадж окинул его презрительным взглядом. — Я не удивлюсь, что так мальчишка хочет…
— Еще один камень в ваш огород в случае, если Темный Лорд возродился, — Гарри начал загибать пальцы, глядя на него совершенно не по-детски. От его взгляда Фадж явно чувствовал себя не в своей тарелке. — Оттягивая миг признания истины, вы сопротивляетесь неизбежному, а ведь за это время можно успеть сделать очень много для предотвращения катастрофы. Корнелиус, — он приблизился к министру. — Я знаю, что вы любите свое дело — руководить миром магии. Вот только мир закончился. Я расскажу вам, что будет дальше: вы можете признать, что мы правы, и начать подготовку населения к войне. В этом случае вина за возрождение Волан-де-Морта падет на его последователей, а вы останетесь чисты. Будет проще объяснить населению те ужасные события, произошедшие на великие праздники, тем более это правда. Ваша власть укрепится. Мне известно, что под вас копают ваши враги, что в вашей администрации уже полно наших общих врагов, ведь Сами-Знаете-Кто не дремлет. Если вы дадите Аластору право защищать вас и Министерство от лица Аврората, мы выстоим. Возможно, дольше, чем нам было отведено, но это будет время, которое играет на нашей стороне…
— Дать Аврорату собственную власть?! — почти истерично вскрикнул Фадж и начал нервно вращать котелок в руках. — Признать Аластора полноправным главой и расколоть Министерство на две части?! Вот что вы замышляете! Я разгадал ваш замысел, Дамблдор, хотите подсидеть меня и стать министром? У вас не выйдет! Ха!
Дамблдор печально улыбнулся, но промолчал. Грюм тяжело вздохнул и оперся на свой посох.
— А может быть другое развитие событий, — чуть повысил голос Гарри, и министр вновь замолк. — Вы объявляете нас троих сумасшедшими и, пользуясь случаем, начинаете проводить в Хогвартсе свои реформы. Эти меры дадут вам кратковременный подъем в глазах общества. Вы отстраните Грюма от должности и на его место поставите подающего надежды Руфуса Скримджера, но на стыке таких перемен у русла власти Аврорат всегда становится уязвимее. Тем самым вы подставите самого себя, ибо нет никого, кто так пекся бы о вашей защите и защите самой магии, как Аластор Грюм. Можете предать меня анафеме, распиарив, как жадного до славы мальчишку. Но посмотрим, к чему вас приведут эти действия.
Орган силы станет уязвим и слаб. В Аврорате начнется перестройка, которая замедлит все процессы по защите Министерства. К власти придет отличный кандидат на вашу должность в случае войны, и многие повернутся к нему лицом, если я окажусь прав.
В Хогвартсе детям начнут внушать, что я сошел с ума из-за участия в Турнире, но смутные времена накануне войны рождают еще большую смуту. Вы сместите Дамблдора и поставите на его место своего человека.
Но правда рано или поздно раскроется. Люди устроят негласное свержение вас с вашего поста, а такое падение популярности приведет и к реальной потере звания министра. На должность возведут Руфуса Скримджера, сильного человека, который все это время наращивал доверие к себе среди слоев населения, а вас сделают премьер-министром — мальчиком на побегушках. В таком возрасте и при вашем опыте это не солидная работа. Аластор вновь станет главой Аврората, так как Скримджер его безмерно уважает, а Дамблдор — директором Хогвартса. В последние дни на посту министра вы сделаете попытку встретиться со мной и договориться о сотрудничестве с целью поднятия авторитета, но вас сместят быстрее. Борьба рано или поздно начнется. И вся суть нашего разговора сводится к тому, какое место на будущей арене войны вы займете.