— Размажем его, — кровожадно стукнул кулаком по ладони Джордж.
Несмотря на всестороннюю поддержку камень на душе Гарри не стал легче, а будто бы лишь укрепился на своем старом месте. Его обвели вокруг пальца и заставили ждать — хуже не придумаешь, чем чувствовать себя бессильным при взятом в заложники родственнике.
Маме было плохо. Лили корила себя за то, что отправила в этот день Вальпургу в Косой переулок!.. Сириус весь зашёлся в тревоге за мать, а Руди, которому должно в его возрасте радоваться жизни и думать о глупостях, забился в угол кабинета отца и молчал.
Живая семья делала Гарри сильным, ради них он готов был на все. Но вот парадокс — именно они были его слабостью.
Слабостью, которой отлично умел пользоваться Темный Лорд.
Глава 60. Я вернусь
Он стоял перед зеркалом вглядываясь в свое отражение — сплошная черная тень на фоне казавшейся светлой темноты. Толком не было видно ни углов комнаты, ни окон, только зеркало и он, освещенный светом палочки. Красные глаза с вертикальными зрачками добавляли его облику звериные черты; вместо носа были две змееподобные щелки, а очерченные худобой скулы делали его лицо похожим на обтянутый кожей череп.
Красные глаза не мигая смотрели в глаза своему отражению, затем лицо вдруг исказилось в злобной усмешке, и послышалось шипение:
— Там же в тот же час…
С тех пор, как ночью приснился этот сон, Гарри не закрывал глаз. Ему было что вспомнить: к примеру то, что его разум не являлся закрытым для Волан-де-Морта. Мама не принесла в жертву свою жизнь, а его душа так же истерзана убийствами и жестоким прошлым, потому от проникновения в его разум Гарри мог спастись лишь окклюменцией. Он успешно использовал ее днем на протяжении этих двух месяцев. Но ночью ему приходили сны о Вальпурге, содержавшейся в плену. Так он мог быть уверен, что она в безопасности.
— Не спишь? — мрачно спросили у него с соседней кровати.
— Не сплю, — без эмоций подтвердил Гарри, разглядывая без очков потолок.
— И я не сплю. Думаю все… Сегодня решиться все должно.
Должно. Только без него.
— Ты не будешь участвовать. Седрик подошел ко мне на последнем дополнительном занятии и сказал, что желает пройти последнее испытание сам.
— О чем ты? Я иду с тобой, — Драко приподнялся на локтях и сощурился на свет его палочки.
— Нет. Я обещал твоему отцу, что применю все возможные меры для того, чтобы тебя остановить. Когда я вернусь, у него больше не будет моих родных в заложниках. Тогда будет проще.
— А ты можешь обещать, что ты вернешься? — прямо спросил Драко, сев на кровати и свесив ноги.
Гарри ответил не сразу.
Вчера после занятия его нагнал третьекурсник с Гриффиндора.
— Гарри, — проговорил запыхавшийся Джон Лонт. — Я хотел пожелать тебе успеха. Ты справишься, ты сильнее.
Гарри остановился напротив третьекурсника. Джон с каждым годом становился все больше похож на него, подкрепляя чисто внешнее сходство одинаковой прической и стилем одежды. Парень и не скрывал, что Гарри его кумир, за что над ним часто по-доброму посмеивались. Гарри никогда не смеялся, потому что Джон был настоящим человеком чести, что редко встречается в таком чистом виде среди магов. Однажды Драко даже обмолвился: «У Темного Лорда есть Беллатриса, а у Поттера — Лонт», — и пожалуй, сказал очень точно.
— Спасибо, Джон, — он приблизился и пожал мальчику руку. — Кто знает, как все обернется, поэтому на всякий случай прощай.
— Я не буду прощаться, — Джон был необычайно серьезен для третьекурсника. — Когда ты вернешься, хочу, чтобы ты начал готовить меня к Аврорату. Хочу однажды поступить на службу под твоим началом…
— Я вернусь.
Драко скептично поджал губы, но не стал развивать эту тему.
— Мне нужна твоя мантия-невидимка, — без обиняков сообщил он, одеваясь. — Сегодня Аластор собирает авроров для решающего броска в Литтл-Хенглтон. Ваш дом остается без защиты, а Дезиллюминационные чары слишком часто придется обновлять. Я пойду вместо авроров, Грюм уже одобрил мой план.
— Сейчас, — Гарри сел на кровати и полез в чемодан. В руки попадалась всякая ерунда. — Давно ею не пользовался, должно быть, на самом дне.