Это время они провели в молчании. Малфой постукивал по столу пальцем в такт секундам и заметно нервничал. Гарри его прекрасно понимал, ведь и он сам когда-то перед тем, как увидеть Джинни, долго разглядывал себя в зеркале. Но, как и на его памяти, девочка влюбилась в него сразу же, как увидела. Ходил к Уизли он только ради нее, общался больше с ней, чем с Роном. Со временем малышка Джин перестала его стесняться и совершенно по-детски звала в свою комнату играть. Тянула за руку из-за стола, подмигивала, улыбалась. Молли на нее шикала, но Гарри всегда шел с ней. В ту комнату…
Комната Джинни. Здесь Гарри посчитал нужным открыть дверь и войти. Запустение и тишина. Сложно поверить, что когда-то давно здесь жила маленькая Джинни, мечтавшая, любившая…
С ней он с удовольствием играл в ее игрушки, не обращая внимания на занудное нытье Рона. Ей он рассказывал о Равенкло, надеясь, что однажды она решится и пойдет на этот факультет за ним, подальше от Дамблдора. И учил ее по книжкам. Палочку ей пока не давали.
Стук пальца Драко по столу не давал погрузиться в воспоминания полностью, и за это Гарри ему был благодарен, хотя звук немного раздражал. Сейчас ему будет нужна полная сосредоточенность, чтобы хватило сил на аппарацию и на интересное заклинание, способное им помочь. Это заклинание Гарри нашел в библиотеке Блэков, когда в одну из своих вылазок наткнулся на книгу «Как вызвать в детях проявления магии». Использовалось оно родителями, чьи дети долго не подвергались магическим выбросам. Из истории заклинания было известно, что пару раз в детях особо сильных волшебников, родившихся сквибами, оно пробуждало магию. Техника была проста — почти как Вингардиум Левиоса. Действие — заклинание вызывало у ребенка спонтанный выброс магии сразу же. Если не вызывало — ребенок или магл, или сквиб.
— Время, — прошептал Драко и крепко сжал часы.
Сегодня был день рождения Гермионы, и родители решили отвести ее в океанариум, совсем недавно отстроенный в Лондоне. К полудню они должны были туда приехать. Та же задача стояла перед мальчишками.
— Пошли!
Оба поднялись. Драко, следуя плану, последовал к кирпичной стене, за которой скрывался вход в Косой переулок. Гарри нужно было отпроситься у дядюшки Тома. Сделав большие глаза, он подошел к бармену.
— Дядюшка Том!
— Гарри? — бармен улыбнулся. — Принести тебе чего-нибудь?
— Нет, я хотел попросить отпустить меня с другом в переулок. Я не буду никуда уходить, честно-честно!
— Точно? — бармен сделал серьезное лицо. — Не потеряешься? Твоя мама убьет меня за это.
— Не потеряюсь, я уже большой! Мы только мороженое поесть хотим и в книжный магазин зайти… И мистера Олливандера проведать. Пусти, дядюшка Том!
Старый бармен улыбнулся и поставил на стойку протертый стакан.
— Ладно уж, иди, большой. Но только возвращайся, не беспокой старика почем зря!
Гарри широко улыбнулся.
— Вернусь, дядюшка Том.
И вышел вслед за Драко.
Время было рассчитано поминутно. Теперь им следовало добежать до места, где аппарация двух недопервокурсников не вызвала бы недоумения и острого желания рассказать все их родителям. Этим местом был Лютный переулок. Двое бегущих по улице мальчишек внимания не привлекали, чем они и воспользовались. Подождав, пока в проходе к Лютному переулку никого не будет, они зашли туда.
— Океанариум, значит, — быстро заговорил Гарри, выхватывая палочку. — Координаты знаешь?
— Обижаешь, Поттер, — ответил тихо Драко, оглядываясь. — Все выведал. Хватайся, задам направление.
Гарри схватил его за предплечье, и на счет три оба одновременно повернулись.
Темный зал океанариума, вероятно, тот, в котором Сириус делал маме предложение, возник перед глазами Гарри. Он поправил очки, тело вспоминало знакомые ощущения аппарации.
— И билеты не нужны! — молвил Драко. — Хорошо, что еще мало кому известно, что океанариум достроили. И что сегодня будний день, и все на работе.
— Да уж, — согласился Гарри, спрятав палочку в рукав. — Надо только охранникам на глаза не попасться, чтобы этих самых билетиков не спросили с нас.
— Ну, ты, Поттер, измельчал… Конфундус — и все дела. Навыки не теряй.