Но это была уже другая история.
***
Не смотря на то, что общая причина, по которой она оказалась в Аврорате, была довольно печальной, Пандора улыбалась про себя. Этот незначительный и малоприятный день неожиданно положил начало новой надежде для нее. Это было глупо, так по-детски, но такого эмоционального подъема Пандора не ощущала давно.
— Мисс Блэр, вы меня слышите? — Грюм пощелкал пальцами перед ней, и девушка кивнула. — Я задал вопрос. Вы помните, кто наложил на вас Империус?
Присутствовавшие здесь Аберфорт, как свидетель преступления, Сириус, как родственник Гарри, и посыльный министра перевели взгляды на нее.
Конечно она помнила, как это можно забыть? Она стояла под прицелом его палочки, готовясь к худшим ощущениям в своей жизни, но они ее не очень-то тревожили. В последние мгновения перед заклятием с лица Северуса исчезла холодная надменность и маска пала, обнажив лицо по-настоящему уставшего от жизни человека. Но было что-то еще, ведь он все медлил. Морщины на лбу разгладились, а на лице появилось выражение сочувствия. Не успела Пандора проанализировать увиденное, как на нее накатила такая благодать, что думать о чем-то стало просто невозможно.
Ее мысли прервались, вытесненные чужой волей. Никогда еще жизнь не казалась Пандоре такой простой и ясной. Приказ подойти она выполнила незамедлительно и как будто по доброй воле. Воля в ней еще была — она смотрела не на простого человека, а на того, при виде которого сердце начинало глухо биться о грудную клетку. Это позволило ей слегка прийти в себя. И услышать его последние слова.
— Нет, — слабо улыбнувшись, ответила Пандора. — Я не помню.
Грюм кивнул, довольный ее ответом.
— Вы предполагаете, кто это мог быть?
— Нет, сэр. Это случилось внезапно, когда я была в Хогсмиде в прошлые выходные, — отчеканила Пандора, с усилием пытаясь убрать улыбку с лица.
— Аластор, так мы ничего не добьемся, — вздохнул посыльный министра. — Вы же видите, девочка еще не отошла. Нужно позвать опытного легиллимента из Отдела Тайн…
— А я, представьте себе, уже сделал это, — рыкнул Грюм и почти швырнул ему какой-то лист. — Это протокол исследования. Как видите, ничего путного мы не обнаружили. Преступник действительно действовал очень умно, и нет никаких следов.
— То есть близ Хогвартса, а может, и по школе бродит враг мистера Поттера? Последователь Темного Лорда? — возмутился тот.
— Вполне, — Грюм откинулся на спинку своего кресла. — Пока идут поиски, школу наводняют аврорами. Отныне там и шагу никто ступить не сможет без проверок. Увы, но все, на что нам остается надеяться, это благополучный исход. Мисс Блэр, можете идти.
Споры между министерскими работниками и впрямь были ей не интересны. Правда, и куда идти дальше, Пандора не знала, поэтому решила прогуляться по Министерству и развеяться. Ей нужно было подумать.
Можно ли уже точно идентифицировать влюбленность ученицы в профессора? Теряясь среди определений и фактов, Пандора уже верно знала, что это началось не с первого дня учебного года, а раньше. Первая встреча с ним состоялась намного раньше. Пандора отлично помнила, как ее, волей судьбы помещенную в больницу Святого Мунго, навестил этот хмурый человек в мантии черного цвета.
Дверь в ее палату открылась, и на пороге застыл мужчина в черном. Это был не медик — здесь целители предпочитали ходить в белых халатах, как и в магловском мире, — но от него повеяло таким спокойствием, что Пандора сразу поняла: он либо ее убьет, либо вылечит. Ее отец, сидевший в изголовье кровати дочери, последние полчаса дремал, но звук открывшейся двери разбудил его.
— Вы кто, сэр? — спросил он, близоруко вглядываясь в гостя. — Целитель?
— Нет, — коротко и сухо ответил гость. — Я — зельевар школы чародейства и волшебства «Хогвартс» и друг семьи Гарри Поттера, которого вы спасли. Северус Снейп.
— Рад познакомиться, — кивнул ему мистер Блэр и подступил, чтобы протянуть руку. — Я — Ричард, отец Пандоры.
— Родные Гарри попросили меня осмотреть вашу дочь, — сообщил Северус и скользнул взглядом по Пандоре. — Я могу ей помочь.
— Да-да, конечно, — Ричард засуетился, отходя от кровати. — Я выйду. Знаете…я схожу в буфет.