— Профессор Снейп очень непростой человек, — наконец, сказала она, заламывая руки. — Люди его возраста ищут покоя и уединения, и он тоже, но… это как мозаика — его настроение. То он готов гнать меня прочь по самой мелочной причине, то приходит сам и извиняется. Он говорит со мной и как со взрослой женщиной, и как с ребенком. Кичится своей возрастной мудростью, но на самом деле он немного не понимает жизнь… — Пандора коротко на него глянула. — Надеюсь, он не узнает об этом…
— Не переживай, — заверил ее Гарри, наблюдая за ее метаниями.
— Его жизнь — темный калейдоскоп, в котором в качестве просвета можно различить серые пятна. Не правы те, кто считает, что он сломлен и устал от жизни, поверь, я видела его настоящим! — Пандора подняла глаза к сводчатому потолку и улыбнулась, остановившись. — Недавно он мне показал, что в нем еще осталась надежда на светлое. Мы… мы провели вместе Рождество, Гарри.
— О-у, — Гарри неудачно в этот момент вдохнул и подавился воздухом. — К-как?
Пандора косо на него глянула.
— Не так. Он отправился со мной в Абердин, чтобы я увидела отца, а затем предложил отвезти меня в Лондон. Я одна не могу посетить его, потому что просто не знаю, как вернуться обратно, и он помог мне. На вечеринке Слизнорта меня не было.
— Да, Драко был в недоумении, — улыбнулся Гарри.
— Я была с профессором Снейпом, — кивнула с улыбкой Пандора. — В том кафе в центре Лондона он и открыл, наконец, свое истинное лицо. А я увидела ранимого человека, упрямо идущего к свету, которого он даже не видит. И тогда я поняла, что запуталась уже в самой себе окончательно.
Гарри про себя улыбался, наблюдая за метаниями Пандоры, и точно знал, что у Снейпа теперь не он один защитник, и не только он радеет за судьбу зельевара. В этой жизни как никто иной Снейп заслуживал счастья, и кто бы мог подумать, что случай поставит Гарри на дорогу перед машиной, в которой ехала та самая нужная Снейпу молодая женщина. В глубине души Пандора уже признала, что влюбилась. Наверное, осталось ему снова взять все в свои руки и показать ей это в действительности.
— Я могу тебе помочь, — коротко сказал он, встав со скамьи. Пандора неверяще уставилась на протянутую ей руку. — Тебе ведь нужно понять, какие теперь у тебя приоритеты в жизни?
Профессор Дамблдор унес много тайн с собой в могилу, но одну из них Гарри узнал незадолго до его смерти. Они вышли из Выручай-комнаты, и Гарри снова ее открыл, но уже другую. Они вошли в помещение, где многие поколения студентов прятали свои вещи от чужих глаз.
— Никогда не перестану удивляться этой комнате, — вздохнула Пандора, оглядываясь.
— Поверь, к этому привыкнешь рано или поздно, — сказал Гарри и отпустил ее руку. — Дальше ты пойдешь одна.
— Что мне искать?
— Зеркало в золотой раме, — он отступил. — Только не задерживайся, ты же помнишь, что сегодня нас ждут в Малфой-мэноре?
Когда за Гарри закрылась дверь, Пандора осталась наедине с горами чьих-то вещей. В воздухе что-то тихо звенело — возможно, уже десятилетиями здесь работали какие-то необычные предметы вроде металлоискателей у маглов или серебряных инструментов профессора Дамблдора. Тишину разбавил звук шагов, и он же сопровождал ее.
Какие-то книжки, листы пергамента с неизвестными рунами, тысячи перьев, стулья, зелья, метлы, даже живое растение жутковатого вида она проходила. Под ногами валялись украшения разных времен, холщовые мешочки с сушеными травами, последствия неправильного использования чар. Это место казалось Пандоре огромной сокровищницей. Такой Выручай-комната и была.
Прошла четверть часа, прежде чем Пандора смогла пройти Выручай-комнату вдоль. У стен громоздились поставленные одна на другую парты. Среди кучи пестрых вещей с расцветками всех четырех факультетов особо выделялись зеркала, самые разные: маленькие, большие, в полный рост, во всю стену. И когда Пандора обнаружила то самое зеркало с золотой рамой, она чуть не прошла мимо.
Она даже не знала, что заставило ее остановиться именно перед ним. Это был предмет, выглядевший абсолютно чужеродным в этой комнате. Казалось, его поставили сюда просто для того, чтобы он не мешался в другом месте.
Пандора подошла к зеркалу так близко, что стекло запотело от дыхания, и подняла глаза на странную надпись на золотой раме.