Его красные глаза загорелись жуткой злобой, и Нагайна, оказавшаяся прямо перед Беллатрисой, зашипела на женщину.
— Кто? — тихий голос был полон угрозы, обещающей мученическую смерть предателю.
— Снейп и эта новая девка, которую он привел! Пришли вести от сторонних наблюдателей за нашим заводом — он уничтожен вместе с нашими людьми. Неизвестно, удалось ли уйти этим двоим.
Он был полон такой ярости, что Беллатрису и саму охватил страх. Ей нечего было бояться, она была единственной последовательницей, которую Темный Лорд не пытал даже для удовольствия. Он знал, что она не солжет, что она верна ему до конца жизни.
— Мой Лорд, — залепетала она, подняв голову. — Если бы я могла вам услужить… Отправиться в Хогвартс и уничтожить друзей Поттера, и Снейпа, и эту Пандору, если они выбрались… Я была бы счастлива, мой Лорд…
— Нет, — он шумно вдохнул воздух через ноздри-щелки. — Снейп… Снейп сделал это не один… Он всегда был осведомлен о моих планах, а значит, у Поттера есть шпионы в моих рядах. Передай мой приказ готовиться к нападению на Министерство! Мы сотрем их с лица земли, и пусть эти слабаки знают, что их жалкие попытки позлить меня не смогут меня остановить. И позови Люциуса и Драко! Отныне они будут рядом со мной всегда…
***
Падение на мягкую и грязную землю выбило из легких весь воздух, а перед глазами повисла темная пелена, мешавшая разглядеть местность, куда они попали. Пандора чутко прислушивалась и пыталась проморгаться, чтобы прогнать синь, застывшую в глазах, но эти попытки прийти в себя не увенчались успехом. Тогда она села и попыталась потереть глаза, которые ослепли от яркой вспышки перед аппарацией, но в итоге размазала грязь по лицу.
И когда удалось вернуть себе зрение, она увидела Снейпа, сидевшего рядом с ней в куче грязи и смеявшегося. Он выглядел так комично, что Пандора даже не сразу обнаружила отсутствие слуха, на время утраченного от грохота взрыва. Зато кожей прекрасно чувствовала. По лицу стекала грязь — очень романтично и красиво, ну просто мисс Вселенной форы дала! Смущенная и красная, она попыталась отвернуться, но Северус, улыбаясь, вдруг поднес руку к ее лицу и утер потоки грязи, стряхнув их с пальцев в сторону. Его прикосновение было полным нежности, и Пандора поймала себя на мысли, что не хочет, чтобы он убирал свою руку от ее лица. Кажется, эту ее мысль поймал и он.
Потому что вдруг потянулся к ней и поцеловал.
Осторожно, будто бы пробуя на вкус.
И почти сразу отстранился, глядя на нее то ли вопросительно, то ли подозрительно.
«Не надо на меня так смотреть, это вы меня поцеловали», — произнесла вслух Пандора и усмехнулась, но не услышала своего голоса. Стало быть, и он не слышал.
Но он же легиллимент. Пусть и не всегда догадливый.
Он что-то говорил, а она не слышала, только пыталась подавить глупую улыбку, самопроизвольно вылезшую на лицо. Увидев ее, Северус тоже заулыбался и замолчал наконец. И простой жест в виде мягкого пожатия ее пальцев сказал ей намного больше, чем могли бы сказать слова.
Как оказалось, Запретный Лес очень большой и не менее пугающий. До Хогвартса, чьи башни стали различимы только на расстоянии версты до границы леса, они добрались уже затемно. Северус вел ее за руку, подчиняясь какому-то собственному чутью или ища неведомые Пандоре знаки. Она сама давно бы заблудилась среди одинаковых деревьев и кустарника. Изредка за кустами ей виделись темные тени, которые сразу исчезали из поля зрения, и тогда Северус притягивал ее к себе, ободряюще пожимая руку. Слух так и не вернулся, но это явление было временным, была уверена Пандора.
Начинала ныть Метка, привязывавшая их к Темному Лорду, который прознал о предательстве и был в ярости. Эта нарастающая боль постепенно вытесняла с лица Северуса облегчение от спасения, заменяя его прежней маской. Свою боль Пандора быстро убрала, но помочь ему он не позволил. Слаба слишком, знаками сказал он ей.
А уже потом, когда грязные и измотанные они добрались до Хогвартса, Снейп сотворил Патронуса и отправил его в замок — Поттеру, чтобы знал, что затея обернулась успехом. Время было позднее, и в коридорах школы они встретили только Филча. Тот что-то произнес, но ни Северус, ни Пандора его не услышали.
В подземельях он одними губами произнес «зелья», и Пандора, основательно уставшая и валившаяся с ног, покорно последовала за ним в его личные комнаты. Там их уже ждал взволнованный Гарри, тут же начавший задавать неслышные вопросы со скоростью автоматной очереди. Выглядел он до того забавно, что Пандора даже улыбнулась, но Северус раздраженно указал ему на уши, и они вошли в его комнаты.