Зелье, которое приняла Пандора, было просто ужасным, и от него появились рвотные позывы, но все же она стерпела. Северус, даже бровью не поведший, пока пил свое, уже пять минут рассказывал Поттеру о выполненной задаче.
— … Думаю, теперь вы понимаете, что я и Пандора раскрыты. Наши имена стоят первыми в списке на уничтожение у Темного Лорда.
— Я понимаю, — Гарри кивнул, удивленно глянув на сонную Пандору, без сил лежавшую на спинке дивана. Очевидно, его удивило, что Северус назвал ее по имени, хотя совсем недавно дал понять, что считает ее взбалмошной девчонкой. — Мы благодарны вам, сэр, очень. Как Пандора?
— Мы живы, как вы могли заметить, — угрюмо произнес Снейп, коротко на нее глянув. — Я перенес нас в Запретный Лес, откуда пришлось добираться до школы пешком. Хорошо, что я являюсь одним из защитников Хогвартса и знаю, как пройти сквозь защиту без вреда. Сквозь ворота в таком виде мы вряд ли бы прошли незамеченными. Но это все ерунда, потому что скоро нам придет конец.
— Почему? — тут же спросил Гарри, заподозривший неладное.
— Потому что наши Черные Метки сведут нас болью с ума. Это любимая пытка Темного Лорда.
О чем они говорили дальше, Пандора в толк взять не смогла, потому что… этот человек дал ей вместе с зельем слуха снотворное! Ее глаза возмущенно расширились, и Северус, снова глянувший на нее, улыбнулся краем губ. А Пандора так хотела поговорить с ним…
— Я понял, — хмуро сказал Поттер и снова покосился на уснувшую Пандору. — Могу я что-нибудь для вас сделать?
— Можете, — проворчал Снейп. Как только девушка уснула, он ссутулился и помрачнел. — Убейте поскорее Темного Лорда.
— Я постараюсь, сэр, — пообещал парень. — И еще кое-что, сэр… Пока вас не было, Драко пришла весточка от Волан-де-Морта. Он потребовал его к себе. Мы поняли, что это связано с вами, и не хотели его пускать, но Драко сказал, что над жизнью его отца нависнет угроза, и ушел. А вернулся спустя четверть часа совсем другим. Гермиона первой заметила, что Драко подменили. Наш Драко остался у Волан-де-Морта, в заложниках или просто так — мы не знаем.
— Этого следовало ожидать. Они должны вести себя благоразумно, чтобы не пострадать, но помочь им я, к сожалению, уже ничем не смогу. Нужно ждать. А теперь ступайте, Поттер, у меня был тяжелый день.
— Хорошо, сэр. Спасибо вам.
Оглянувшись на спящую Пандору, парень вышел, и в комнате повисла долгожданная тишина.
Когда Поттер ушел, Снейп вздохнул свободнее и коротко глянул на девушку. Она спала так крепко, что и заподозрить было нельзя, в чем они участвовали сегодня утром. У него самого между тем наливалась острой болью Черная Метка, и Северус знал, что очень скоро эта боль затмит сознание настолько, что мысль покончить с собой покажется светлой идеей.
Такого избавления от жизни он не хотел. Уже не хотел, хотя раньше такая ситуация показалась бы выходом из темницы, что зовется миром. Северус не раз планировал, каким образом он завершит свой путь в случае полного поражения Гарри Поттера и крушения их надежд — постарается захватить с собой побольше жизней Пожирателей, может, Нагайну. А может, и самого Волан-де-Морта. На случай, если его схватят, Снейп всегда носил с собой необычную таблетку, концентрированный высушенный яд ядовитой Тентакулы.
Тяжело вздохнув, Северус прижал к себе немеющую левую руку и правой осторожно накрыл Пандору пледом. Она не могла не чувствовать этой боли, странно, что ей удается так спокойно поспать. Темному Лорду стало известно про их предательство, и про то, что оба остались живы, он узнает уже завтра — от Крэбба-младшего. Снейп не строил иллюзий по поводу своей участи. В течение нескольких дней боль будет нарастать, а он — терять сон, аппетит и покой. Черная Метка была не только клеймом и способом вызывать последователей — но также и карающим мечом Темного Лорда. И Северус немало слышал о тех, кому не посчастливилось вызвать его неудовольствие. Видел одного молодого Пожирателя, которому Темный Лорд запретил помогать: мальчик бросался ко всем целителям и зельеварам, чтобы излечили его от боли, но те, завидев Метку, шарахались от него; он пытался заглушить боль зельями, но боль не уходила. Через несколько дней он покончил с собой, перепробовав все, что знала современная наука. Аппарировал на высокую скалу и спрыгнул оттуда, вдоволь налюбовавшись видами. Красивая смерть.