— Нас перехитрили, — поведал им устало Аластор, отбиваясь от троих подряд. — Это все сообщение, что его люди собираются напасть на Абердин. Большой город… Ты понимаешь, Поттер!
Поттер понимал. Аврорат не мог игнорировать такое сообщение, и на защиту Абердина пришлось выслать огромное количество людей.
— Там мистер Уизли! — проорал им Драко и указал на рыжую макушку, которую теснили к фонтану.
Гарри похолодел и бросился к отцу Джинни, не услышав даже оклика Грюма. Артур был тяжело ранен и очень устал, и со спины к нему подкрадывался обнаживший клыки оборотень.
— Артур! Сзади!
Но Гарри успел понять три вещи:
Во-первых, оборотень успеет напасть на Артура, чем бы он его ни атаковал сейчас.
Во-вторых, при всем желании Артур не успеет увернуться и от лучей заклятий, и от оборотня, даже если услышал его предупреждение.
И в третьих, среди красных и синих лучей, летевших ему в грудь, затесался один зеленый.
— Не-ет!
Он увидел, как зеленый луч вместе с прочими ударяет Артура в грудь, а через миг его сметает с ног оборотень. Но мистер Уизли уже был мертв.
Гарри рванулся к ним, но из груди вырвался щит, уберегший его от двух смертельных лучей.
— Нет! — его нагнал Драко и развернул в обратную сторону. — Это конец, нужно уходить.
Грозному Глазу, который берег приемное отделение Аврората, отшибло Режущими чарами его ногу, и он повалился на пол.
— Аластор! — завопил Гарри, завидев зеленый луч, летевший прямо в него.
В последний момент тому удалось увернуться. Они с Драко подскочили к нему и затащили в приемное отделение. Погоня тут же настигла порога, и дверь жалобно заскрипела.
— Нужно уходить, — Драко забаррикадировал заклятием дверь, за которой слышались грубая ругань, крики и взрывы. — Через камин, немедленно!
— Вы уходите! — велел Грюм, тяжело волоча раненную ногу к столу. — За собой закрывайте камины в Хогвартсе.
— Нет, Аластор, — Гарри перехватил его за локоть, но Грозный Глаз с силой его оттолкнул.
— Поборемся еще, — пообещал он хрипло. — Ступай, Поттер. Хогвартс защищай.
В дверь что-то крепко ударилось, и она задрожала как осиновый лист. Драко сгреб с каминной полки горшок с Летучим порохом и швырнул первую горсть.
— Аластор, идем с нами! — взмолился Гарри.
Грюм проволок его по кабинету и снова толкнул в камин.
— Защитник нашелся — мне твоя защита ни к чему! — прорычал он, пока его волшебный глаз волчком крутился в глазнице, высматривая врагов. Дверь снова содрогнулась, с потолка посыпалась штукатурка. — Хогвартс защити, каменный круг и магию! Хогвартс, — рыкнул он напоследок. — Кабинет директора!
Зеленое пламя завертело его и выбросило прямо на красный ковер перед столом МакГонагалл. Та вздрогнула и вскочила с места, а портреты зашептались меж собой. И все же эта тишина давила на уши после страшного грохота в Министерстве.
— Поттер… — она поспешила к нему и помогла отряхнуться. — Что происходит? Откуда вы в таком виде?
Он поднялся и стряхнул с себя золу и белую пыль, но ответить не успел. В камине снова полыхнуло зеленым пламенем, и к ним вышел Драко, такой же грязный, в саже и пепле.
— Аластор, — скорбно, еще не до конца осознавая ужас их положения, произнес он. — Мертв…
Глава 78. Предзакатный час
Только в первом часу ночи Гарри закрыл за собой дверь их комнаты в слизеринской гостиной и какое-то время просто стоял, привалившись спиной к двери. Усталость неподъемным грузом повисла на плечах, а изнутри распирало ребра очень неприятное, даже болезненное чувство страха.
Он боялся исполнения своих кошмаров, которые мучали его уже очень давно. Но все шло именно к этому, причем очень стремительно, не давая времени даже опомниться. В зеркале, которое висело напротив двери, ему привиделось какое-то движение, и Гарри уставился на свое отражение. Ему показалось, или оно и вправду зловеще ухмыльнулось, а глаза загорелись красным огнем?
Что с ним стало, если он, надежда магического мира, испытывает такой страх? Подгибаются колени — он не строил иллюзий, что на это влияла усталость. Ему было страшно за детей, которые не успеют покинуть Хогвартс, за брата, за будущее. Гарри, смотревшему в зеркало, даже показалось, что в волосах появилась седина, и когда он шевельнул головой, приглядываясь, это оказался всего лишь блик от солнечного стекла Невилла, под которым он выращивал Мимбулус Мимблетонию.