— Нет! — снова проорал Драко, отплевываясь. — Гермиона, уходи! Беги, Гермиона!..
— Как она может сбежать, если здесь останешься ты, юный Малфой? — недобро и тихо проговорил Темный Лорд, но Драко услышал его даже сквозь шум бури, которая гнула деревья к земле, и крики сражения со школьного двора. — Любовь…
— Авада Кедавра! — вскрикнула Гермиона, но видимо ее заклинание вышло слишком слабым, что растворилось в каком-то дюйме от груди Темного Лорда. — Боже… — она отступила и споткнулась о камень, рухнув на землю, но тут же поднялась и снова занесла палочку.
— Ты тоже хочешь сразиться, грязнокровка? — тихо спросил Темный Лорд. — Со мной? С тем, кого не смог сразить даже великий Дамблдор?
— Авада Кедавра!
Драко, наконец, сообразил, что за заклинание использовал против него Темный Лорд, и снял его соответствующим способом. Но он потерял слишком много крови, а еще его ею рвало. Пресекая слабость, он снова попытался встать, а когда не получилось, взял палочку с земли и пополз в сторону Гермионы.
Увидев его потуги, Темный Лорд расхохотался, и с его палочки сорвалось в сторону Гермионы какое-то заклятие. «Нет!» — хотел крикнуть Драко, но она, готовая к удару, внезапно увернулась и отправила в ответ новое Смертельное заклинание.
— Глупая девчонка, — прошипел Волан-де-Морт, и его лицо скривилось от злости. — Вы такие глупцы, что еще не поняли… Меня нельзя убить. Я хозяин Смерти. Я бессмертен! А ты, грязнокровка?
В этот миг ночь, казалось, стала еще темнее и глуше, как будто черная тень налетела на окрестности замка. Налетела и пропала, замеченная только Драко.
Он стоял на месте и ничего не делал, но с его палочки слетали одно за другим заклинания, которые летели в Гермиону. Одно чуть было не попало в нее, но Гермиона очень умело уворачивалась и ставила щиты на те чары, которые знала. Школьная юбка крутилась вокруг ее ног воланом, волосы ореолом овевали ее голову. Ее мастерство было столь высоко, что это разозлило Волан-де-Морта, но когда в нее полетело Смертельное заклинание, Драко оказался достаточно близко, чтобы суметь поставить на его пути деревянный щит.
Волан-де-Морт остановился, а Драко и Гермиона переплели пальцы, направив на него палочки. Они стояли в каменном кругу.
Через миг Волан-де-Морт начал медленно и необратимо подниматься по ступеням. Ветер трепал его мантию, под которой собралась вся чернота этой ночи. Капюшон закрывал его лицо, на котором ярким багрянцем горели красные глаза с вертикальными зрачками. Он шел вперед, и ничто не смогло бы его остановить, а ветер крутился вокруг него спиралью и уносил старые листья, ветки, какие-то камни в самое небо.
«Вот и конец!», — успел подумать Драко, когда он резко вскинул руку.
В лица их ударил такой сильный порыв ветра, что отбросил ребят далеко назад, как сухие тростинки. Еще в полете Гермиона успела выкрикнуть заклинание Воздушной Подушки», и они зависли в воздухе прямо над острыми камнями, об которые неминуемо разбились бы.
Они стали ему не нужны, когда он увидел цель, к которой столько времени шел.
И тут бы подскочить и убежать, спасаясь, но Драко выкарабкался из завала камней, раня руки, и рванулся в сторону холма.
— Нет! — охнула Гермиона и остановила его за руку. — Ты погибнешь!
— Он не должен открыть Дверь, Гермиона!
— Я пойду с тобой!
Подхватив ее за руку, чтобы помочь выбраться из каменной ловушки, Драко упрямо направился к холму.
— Забери тело Невилла, — попросил он Гермиону, когда они скрылись за ближайшими деревьями. — Я не буду нападать, обещаю.
Она кивнула и уверенно набросила на себя чары Невидимости, украдкой утерев слезы. Драко притаился за деревом.
Темный Лорд стоял без движений в центре каменного круга, вокруг которого, как казалось, сосредоточилась буйная стихия. Крики в Хогвартсе, сражение за замок отошли на второй план. Драко затаил даже дыхание, наблюдая за Волан-де-Мортом. Что он делает?
Его голова слегка повернулась вбок, но глаза были закрыты. Он прислушивался к эмоциям, к голосу гор, которые хранили тайну Двери и Печати. Он взывал к злу, которое ждало под землей своего часа, а зло взывало к нему. Как к господину или как к необходимому ключу, который дарует им свободу? Темный Лорд не знал, но, как и всякий великий волшебник, очень хотел узнать эту тайну.